뉴스 | "LITRES" | 오픈뉴스백과

Navy intercepts over 135,000 litres of suspected stolen AGO in Rivers

The Nigerian Navy says its operatives under Operation Delta Sentinel have intercepted over 135,000 litres of suspected illegally refined Automotive Gas Oil (AGO) during separate operations in Rivers State waterways. The post Navy intercepts over 135,000 litres of suspected stolen AGO in Rivers appeared first on Vanguard News.

Cooking oils: India sets standard packing

Bengaluru: India has ordered cooking oil makers and importers to sell their products only in a fixed set of pack sizes, a move the government said on Saturday would help shoppers compare prices ‌across brands ⁠more ⁠easily.The order targets a common pricing tactic in the world's most populous nation, where oils sold in odd, non-standard sizes leave buyers unable to tell which brand offers the best value for a kitchen staple.Read more: Consumer sector beats expectations but faces commodity crunch from Q2, warns BofA SecuritiesHere are the details:⁠Packaging will ‌be limited to nine standard sizes ranging from 200 millilitres to 20 ⁠litres, replacing the varied volumes currently available.The rules apply to both domestically produced and imported edible oils, and cover major varieties including palm, soybean, sunflower, mustard and groundnut.Companies have been given three months to switch to the new sizes.131552264Packages ‌that declare their contents by volume must also state the equivalent weight, a step the government ⁠said would further aid price comparison.Containers smaller than 200 millilitres and minor edible oils have been exempted to keep affordable small packs on shelves.Read more: RBI says 4% inflation target not in abeyance; future rate action tied to price persistenceThe decision followed consultations with industry associations representing nearly 90% of India's edible oil sector, the Department of Consumer Affairs said.

Navy recovers 92,660 litres of illegal diesel, disrupts oil theft network in Rivers

Operatives of the Nigerian Navy have recovered 92,660 litres of suspected illegally refined Automotive Gas Oil (AGO) and disrupted an oil theft network operating along the Rivers–Bayelsa border corridor. The post Navy recovers 92,660 litres of illegal diesel, disrupts oil theft network in Rivers appeared first on Vanguard News.

How everyday cooking oil is helping Japan fight an aviation fuel crisis

Japanese homemaker Maki Watanabe carefully ⁠pours into a plastic bottle the oil she used to cook her ⁠deep-fried aubergines, doing her part in her Tokyo kitchen for a national effort to ramp up production of eco-friendly jet fuel. “It would take a tremendous amount to make an aircraft fly, so I hope we can collect more,” said Watanabe, whose penchant for cooking allows her to donate about 40 litres (10 gallons) a year. Her contribution is pooled at a nearby supermarket that is among roughly 300...

Three arrested for suspected illicit fuel activity

Police arrested three people on Wednesday on suspicion of being involved in illicit fuel activity in Kwai Tsing District. Police seized about 1,600 litres of gasoline, with a suspected market value of HK$50,000, at a suspected illicit fuel station near Kwai Tai Road. At a press briefing on Thursday, officers said two arrestees were loading fuel into a private vehicle when police carried out their raid, while the third arrestee allegedly helped with operations at the facility. One reportedly entered Hong Kong on a two-way exit permit and police suspect that this person violated their conditions of stay. Chief Inspector Koo Man-kai called on residents not to use illicit fuel. "According to the Dutiable Commodities Ordinance, both buying and selling illicit fuel is a serious crime. Offenders are subject to two-years imprisonment and a HK$1 million fine upon conviction, and the vehicle involved will be confiscated," he said. The operation unfolded after a fire broke out on Tuesday night due to suspected illicit fuel activity at an industrial building in the district. The Fire Services Department received reports of the blaze at around 10.30pm, and deployed two hoses and two breathing apparatus teams to handle the incident at Kwai Tak Industrial Centre. It said the fire started from an oil tank which spread to a light goods vehicle as well as the building's exterior walls. Firefighters carried out an investigation afterwards and believed the site was used as an illicit fuel station after finding traces of flammable materials, burnt marks, and reviewing surveillance camera footage. The department said it is actively pushing for relevant legislative amendments, which includes higher penalties, expanding the legal liability to include buyers of fuel, and strengthening enforcement powers. Public consultation regarding the suggestions will continue until June 25. Edited by Tony Sabine

oPt: UNICEF State of Palestine Humanitarian Situation Update (WASH in the Gaza Strip), 29 May 2026

Country: occupied Palestinian territory Source: UN Children's Fund Please refer to the attached file. WHEN WATER IS A DAILY STRUGGLE, DISEASE SPREADS FASTER Ahead of summer months: update on Water, Sanitation and Hygiene (WASH) in the Gaza Strip • For 1.1 million children in Gaza, water remains a daily uncertainty. UNICEF and partners continue to sustain emergency WASH services through a combination of trucked water, desalination, wells and limited network supply. Drinking water distributions are reaching up to 1.5 million people, depending on access and operational conditions.1 Despite efforts, most families remain water insecure (82 per cent), and up to 70 per cent are unable to collect the minimum of 6 litres per person per day for drinking and cooking.2 • A critical water-trucking route remains inaccessible: Humanitarian actors have suspended all water-trucking operations at the Al Mansoura filling point since the incident on 17 April, in which two UNICEF-contracted truck drivers were killed. UNICEF and partners are now trucking water from desalination plants at a significant additional cost of about USD 40,000 per day to cover the 2 million litres per day previously collected from Al Mansoura. The filling station is critical for daily access to drinking water of 285,000 people. • Core water systems remain under severe strain due to restrictions on energy, chemicals, spare parts: Seawater desalination output was 20,000 m³/day in March but has since decreased to 16,000 m³/day due to shortages of chemicals and spare parts. Shortages of engine oil, lubricating oil, and other essential consumables also disrupt water production and related services.3 • Solid waste, sanitation and environmental health pressures are alarming: Children and families face deteriorating hygiene conditions, as growing quantities of waste accumulate in and around displacement sites, shelters, and overcrowded communities while disposal sites remain inaccessible. 1 Under normal conditions, waste would be transferred to managed disposal sites, but in the current context disposal capacity is extremely limited, temporary sites are full or nearly full, and access to landfill options remains constrained. Environmental health risks are severe, with rodents and pest infestations threatening further spread of disease.

Novaya Gazeta Europe (English)

중도 성향

기타

От «Дозора» до Роскомнадзора. В культовой серии книг Сергей Лукьяненко описал мир, где зло является нормой. А сегодня стал главным пропагандистом войны среди писателей-фантастов

В начале марта 2026 года, пока издатели и книготорговцы лихорадочно торопились поставить на любые книги, содержащие упоминания наркотиков (пощады не дождались даже книги о Пушкине и медицинские учебники), соответствующую маркировку, Сергей Лукьяненко обнаружил в списке и себя — рядом с Чаком Палаником, Стивеном Кингом, Говардом Лавкрафтом и другими. Но его переполнила не гордость, а недоумение. Ведь маркировку наложили на его подростковую книгу «Рыцари Сорока Островов» — первый опубликованный роман, софт-версия «Королевской битвы», где подросткам нужно сражаться друг с другом, перемещаясь с острова на остров. Журналисты быстро нашли фрагмент, за который книгу пометили восклицательным знаком: там командир отряда интересуется прошлым героя, который продавал на Земле наркотики. Фрагмент написан с осуждением, но проверку-то книг делает ИИ. А нейросети всё равно, чью книгу она проверяет, Лукьяненко, Быкова или Симоньян, — главное, чтобы запретных слов там не было. Нейросеть не знает, что «Рыцарей Сорока Островов» написал двадцатитрехлетний дебютант, для которого роман стал входным билетом в профессию. Книга была закончена в 1990 году и вышла в 1992-м, и за ней стоял не будущий охранитель и пропагандист, а просто очень способный молодой фантаст из казахской провинции. Уже тогда, впрочем, у него проступала одна особенная черта: воюющих и гибнущих подростков юный Лукьяненко описывал без ужаса — как нечто логичное, почти естественное. Писатель Сергей Лукьяненко на научно-практической конференции «Большой стиль — 2025», Москва, 16 октября 2025 года. Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС / Profimedia. Дорога в Голливуд Лукьяненко был врачом: окончил Алма-Атинский медицинский, работал психиатром в психоневрологическом диспансере и писал в свободное время. По собственному признанию, если бы не писал, так и работал бы врачом, хотя профессия его тяготила. С конца восьмидесятых его рассказы и повести расходятся по толстым журналам фантастики — «Уральский следопыт», «Молодая гвардия», — а сам он входит в плотное сообщество жанра: семинары, фестивали, премии. В 1996 году, уже на волне первой популярности, Лукьяненко перебрался в Москву, где большие издательства поставили его тексты на поток. К концу десятилетия его читали уже все, кто интересуется фантастикой на русском. По сути, Лукьяненко удалось то, чему его русскоязычные коллеги могли только позавидовать: посреди дикого рынка, еще только встающего на путь от пиратства до полноценного книгоиздания, посреди моря переводной фантастики он смог стать популярным. Всё из-за специфического подхода. „ Лукьяненко никогда не был первооткрывателем. Он был блестящим переупаковщиком: брал готовый жанровый материал — американский киберпанк, светлую подростковую прозу Крапивина, мифологию Стивена Кинга — и пересобирал под русского массового читателя, ловко, увлекательно и без особого пиетета к источникам. Критики-снобы видели в этом вторичность (на фоне Гибсона и Стругацких, фыркали самые злые, он выглядит не младшим братом, а пигмеем), но именно эта всеядность и сделала его таким читаемым: он умел взять чужую находку и довести ее до состояния, в котором ее проглатывали миллионы. Еще Лукьяненко хорошо уловил специфический российский ресентимент. Жесткий приход рынка в Россию и зависимость от экспорта энергоресурсов, потеря статуса империи создают тоску по былому величию и ожидание будущего возрождения, когда Россия «встанет с колен». В романе «Звезды — холодные игрушки» 1997 года земляне также развязывают галактическую войну, чтобы вернуть себе имперский статус. Там даже упоминается война России с Украиной 2009 года, когда потопили военный корабль — правда, не российский, а украинский, «почти готовый авианосец “Гетман Мазепа”». Этот момент Лукьяненко будет предъявлять как доказательство своей прозорливости: вот, мол, я еще в девяностые всё предвидел, потому что в Украине рос национализм. До того он, впрочем, сравнивал писательский скилл с дробиной: если выстрелить дробью по мишени, какая-то дробина да попадет в цель. Несмотря на то что Украина и Донбасс стали со временем едва ли не центральной темой выступлений и текстов Лукьяненко, никакой личной ненависти в ранние годы писатель к ним не испытывал. Подход чисто советский — или имперский, если угодно: себя он, как рассказывал в 2018-м, долго определял «скорее как советского человека», а Украину «воспринимал как часть нашей родины — точно так же, как Казахстан, Казань, Москву и прочие города и республики». Для выросшего в позднем СССР человека из многонациональной семьи (мать татарка, отец наполовину русский, наполовину украинец) чувство вполне понятное, даже типичное. Перелом, по его же хронологии, наступил в 2014-м, с «русской весной», но дело было не в обиде, а в оптике, которая никуда не делась с советских времен. В 1998-м до вторжения в Украину было далеко. В этом году вышел самый известный роман Лукьяненко «Ночной Дозор». Под обыденной Москвой прячется Сумрак, мир магов-Иных, поделенных на Свет и Тьму. Стороны связаны договором: ни одна не должна взять верх. Вампиры получают лицензии на кровь, колдовство регламентировано, каждое действие Света уравновешивается дозволенным действием Тьмы. Свет тут, впрочем, не светел. Светлые маги манипулируют людьми и жертвуют пешками не реже Темных — разница лишь в том, что делают они это по лицензии и в свой черед. Само устройство мира к этому и сводится: чтобы наказать Тьму за нарушение, Свет обязан выдать ей встречную лицензию — разрешить ответное зло, иначе рухнет равновесие. Добро здесь не побеждает зло, а делит с ним смену. Лукьяненко, мечтая о гармонии, описал не мир без насилия, а контору, которая выдает на него разрешения. Константин Хабенский в фильме Тимура Бекмамбетова «Ночной Дозор», 2004 год. Фото: Bazelevs / Alamy / Vida Press. «Ночной Дозор» сделал автора действительно знаменитым, но тут сработало и время. Экранизацию затеял «Первый канал», а снимать позвали Тимура Бекмамбетова — человека из рекламы, прославившегося роликами банка «Империал» — теми самыми, со «всемирной историей». Он перенес в кино рекламную пластику: быстрый монтаж, трюки, грузовик, делающий сальто над ночной Москвой. „ Вышедший в 2004-м «Ночной Дозор» задним числом назвали первым российским блокбастером — и дело было не только в художественных достоинствах. На тот момент почти всё российское кино приносило убытки; «Дозор» первым доказал, что у постсоветской культурной индустрии может быть касса. Он попал в нерв эпохи: страна на нефтяных деньгах хотела верить, что у нее снова всё свое и большое, — и получила свое большое кино про тайную службу, держащую порядок в Москве. История про договор, равновесие и силовиков в плащах бесшовно легла на время укрепления вертикали. Дальше всё пошло по нарастающей. «Кинодозоры» переводили на английский — Heinemann в Британии, Miramax в США; какое-то время Лукьяненко оставался едва ли не единственным российским фантастом, которого всерьез издавали на Западе (позже самым известным русскоязычным фантастом станет Дмитрий Глуховский — по иронии судьбы либерал, не имперец). «Дневной Дозор» вышел следом, в 2006-м, собрал кассу — а дальше Бекмамбетова заметил Голливуд. Он снял с Анджелиной Джоли и Джеймсом Макэвоем триллер «Особо опасен» о тайном обществе киллеров, запустил свою международную карьеру, и до третьего «Дозора» руки у него так и не дошли. «Сумеречный дозор» так и не сняли. Режиссер Тимур Бекмамбетов на красной дорожке перед премьерой фильма «Mercy» в Мехико, Мексика, 17 января 2026 года. Фото: Jose Mendez / EPA. В 2008-м, освободившись после «Особо опасен», Бекмамбетов не горел желанием браться за третий фильм; в 2016-м обещал, что он «всё-таки появится, наверняка»; в 2019-м заверял, что «рано или поздно» вернётся и что у него «не просто надежда, а уверенность». В 2021-м году Бекмамбетов увлекся форматом screenlife — когда на протяжении всей картины действие происходит на экране смартфона и ноутбука — и обещал заняться третьей частью «Дозоров», если ему удастся адаптировать книгу под этот формат. Пять лет спустя никаких новостей об этом так и нет. Лукьяненко отсутствие новой экранизации объяснял по-своему. По его мнению, Голливуд франшизу сознательно задушил: американцы, мол, выкупили права и похоронили проект, испугавшись конкурента, — ведь «Ночной Дозор» собрал в мире под сто миллионов при бюджете в пять, и зачем им русские, способные зарабатывать больше при копеечных тратах. Но с фактами эта версия расходится: права на экранизацию всё еще принадлежат Бекмамбетову и «Первому каналу», и происки враждебного Запада тут, при всей дотошности, можно увидеть только в желании поработать со знаменитым режиссером, которым не в последнюю очередь благодаря «Дозорам» стал Бекмамбетов. Остальные попытки экранизировать его прозу подтверждали простую вещь: без Бекмамбетова она тускнеет. «Черновик» 2018 года прошел незаметно, прочие проекты не двигались дальше анонсов. Сила Лукьяненко была в придуманных мирах, не в кинематографичности сюжетов; «Дозоры» сработали потому, что режиссер добавил к ним свое: энергию, монтаж, ночную Москву. Стоило убрать Бекмамбетова, и оставалась крепкая, но не киногеничная фантастика. Человек-индустрия в кино оказался заложником одного постановщика — и к концу нулевых эта часть его империи тихо исчезла. Оживет она только через полтора десятилетия. Сергей Лукьяненко представляет свою книгу «Последний Дозор» на фестивале в Московском доме книги, 11 августа 2006 года. Фото: Алексей Панов / Спутник / Profimedia. Дорога в Мариуполь Всё это десятилетие, пока продавались тиражи и шли экранизации, Лукьяненко-публицист дрейфовал в ту же сторону, что и страна. Во время войны с Грузией он высказывался за то, чтобы «вбомбить ее в каменный век». Открыто назвал себя консерватором и имперцем. В 2008 году Лукьяненко дошел в ультрапатриотизме до того, что был вынужден удалить свой ЖЖ после резкой критики его поста. В нем «доктор Ливси» (псевдоним Лукьяненко взял в честь благородного дворянина из «Острова сокровищ») цитировал новость о гибели в США российского ребенка, которого приемный отец забыл в машине на жаре, и призывал запретить усыновление американцам детей из РФ. Позже его пожелание исполнится: соответствующий закон примут в 2012 году в ответ на санкционный «список Магнитского». После Майдана Лукьяненко запретил переводить свои книги на украинский и объявил, что больше не приедет в Украину; в блоге писал, что «Киев и вся Украина — часть единой великой России». В мае 2017-го съездил с семьей в аннексированный Крым, выложил фотографии — и украинский «Миротворец» внес его в базу как «украинофоба» и «пропагандиста Новороссии». Лукьяненко отшутился: «Спрятался под стол и рыдаю. Нет, конечно, — компания прекрасная, мне с ними веселее, чем на тех нацистских шабашах, что проводятся на Украине». Превращение, которое многим потом покажется внезапным, заняло пятнадцать лет и шло параллельно с превращением самой страны. Так что 24 февраля 2022 года Лукьяненко не пришлось ничего в себе менять. В первые же дни он публично объяснил вторжение так, будто готовил эту мысль годами: «Военная операция на Украине не начало войны, а ее завершение». Войну, по его версии, давно начала сама Украина, «выкармливая нацизм» и «воспитывая ненависть к русскому языку», а Россия лишь доводит дело до конца. В интервью тех дней он повторял, что Украину «целенаправленно собирали на войну», что это новый «поход объединенной Европы на Россию». Знакомый сюжет: тот же, что в «Звездах — холодных игрушках» четвертью века раньше, только теперь не на бумаге. При этом он искренне считал систему разумной. „ Рассуждая в конце февраля 2022-го о допустимых мнениях, Лукьяненко вывел шкалу: против войны высказываться «можно, у нас демократия»; желать победы Украине — «гнусноватенько, но в целом тоже можно, ибо свобода слова». Человек всерьез размечал границы дозволенного инакомыслия в стране, где за антивоенные посты уже давали сталинские сроки, и верил, что граница проведена осмысленно, что система отличает допустимое от недопустимого. Эта вера ему в итоге аукнулась. Сергей Лукьяненко во время автограф-сессии в Праге, Чехия, 6 ноября 2018 года. Фото: Roman Vondrous / CTK Photo / Alamy / Vida Press. Дальше тон твердел по мере того, как российскую армию громили. Когда в октябре 2022-го в ответ на потерю Херсона Россия накрыла украинские города ракетами, Лукьяненко отреагировал коротко: «Наконец-то. Фашистские мрази должны отправиться в ад» (в ходе налета ракета прилетела в том числе на детскую площадку). В том же октябре он пришел на RT, в эфир к Антону Красовскому, — и именно в том интервью Красовский предложил топить и жечь украинских детей, не желающих считать себя русскими. Маргарита Симоньян эту тираду Красовскому не простила и уволила с канала. Лукьяненко же в моменте оказался более открыт: он мягко поправил собеседника, заметив, что «на Руси для воспитания традиционно использовали розги». Сам Лукьяненко позже назвал его слова «провокативными», то есть осудил форму, не суть. Розги остались. Но Лукьяненко был не просто говорящей головой — он встраивался делом. К культурной войне он подключился раньше многих: еще в сентябре 2019-го, за два с половиной года до вторжения, приехал в Донецк на фестиваль фантастики «Звезды над Донбассом». Фестиваль придумали сами фантасты вместе с главой Общественной палаты ДНР Александром Кофманом, и имя Лукьяненко было там самым громким. Для писателя, живущего с тиражей и западных переводов, поездка в непризнанную республику была политическим жестом с понятной ценой: от западных контрактов придется отказаться. Он приезжал снова; фестиваль наладил выпуск ежегодных сборников с названием «#ДонбассЖивёт». После 2022-го это движение переехало вслед за армией. В мае 2024-го «Звезды над Донбассом» прошли в Мариуполе — городе, который российские войска за два года до того сровняли с землей. Под куполом университета имени Куинджи собрались полтысячи литераторов, актеров и музыкантов и учредили Всероссийскую ассоциацию творческих деятелей «Россия. Образ будущего», задуманную, по словам Кофмана, как ответ на «культуру отмены» Запада и противовес тем, кто «сбежал за рубеж и поливает Родину грязью». Главой ассоциации избрали Лукьяненко. «Перед собой я вижу огромный зал, где все свои, — сказал он делегатам. — Я очень рад, что мы живем в одной стране». Сказано это было в Мариуполе — городе, который сделали «одной страной», предварительно разрушив. Сергей Лукьяненко на научно-практической конференции «Большой стиль», Москва, 16 октября 2025 года. Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС / Profimedia. Дорога в Сумрак К середине двадцатых Лукьяненко собрал, кажется, все мыслимые общественные посты разом. Член Общественной палаты. Председатель Ассоциации союзов писателей и издателей России — головной литературной структуры, через которую идет государственная поддержка словесности. Глава мариупольской ассоциации «Россия. Образ будущего». А осенью 2025-го он возглавил жюри новенькой Всероссийской премии научной фантастики, учрежденной под эгидой Союза писателей и при участии госкорпорации «Росатом»: ядерное ведомство взялось награждать фантастов, и судить их позвали Лукьяненко. Любопытно, как организаторы объясняли смысл затеи. Фантастика, говорили со сцены, ценна не предсказаниями, а «целеполаганием»: она «задает вектор», смотрит вперед и проектирует будущее. То есть фантаст в этой системе уже официально не занимается творчеством и не размышляет о настоящем художественными средствами, а выполняет госзаказ на футурологию. Теперь под это выделены премиальный фонд и логотип «Росатома». Чем он во всех этих структурах занят? Тем же, чем государство, — распределением и присмотром. Ассоциация союзов писателей и издателей раздавала гранты и решала, какая литература достойна поддержки (она влилась в обновленный Союз писателей Мединского). И, как положено в такой системе, аппарат включился против чужих. Весной 2026-го «Московский комсомолец» опубликовал заметку Ивана Волосюка про то самое попадание «Рыцарей Сорока Островов» в наркосписок. Среди прочего Волосюк вопрошал: «И, может быть, Лукьяненко в нынешней правоприменительной ситуации не стоило “нарываться” на более серьезные ограничения, в сравнении с которыми любые маркировки покажутся шелухой от семечек?» Непонятно, что он имел в виду (никаких других ограничений на Лукьяненко наложено не было), зато реакция самого писателя была мгновенной: Ассоциация творческих деятелей и фестиваль «Звезды над Донбассом» объявили, что прекращают всякое сотрудничество с изданием до тех пор, пока его автор остается в штате. Структура, учрежденная два года назад как «ответ на культуру отмены», которую злодейский Запад устроил против России, сама потребовала отменить журналиста — за статью. Фото со съемок фильма «Рыцарей Сорока Островов». Источник: пресс-служба Wink / БК Медиа. При этом Лукьяненко всерьез сокрушается, что хорошей фантастики стало мало. Винит он в этом рынок: молодежь, говорит он, ушла на Litres и Author Today, в «потогонную систему» погони за подписчиками, которая мешает работать серьезно. Более близких причин упадка фантастики он не называет. Но фантастика, по принятому определению, — это литература про иное: про мир, устроенный не так, как наш, про любовь, политику и тело, какими они могли бы быть. А Лукьяненко сделался лицом государства, для которого «иное» — состав преступления: немыслимо, чтобы человек любил человека своего пола или сменил пол. Трудно фантазировать там, где фантазия поражена в правах. Ирония даже плотнее, чем кажется. В 1999 году Лукьяненко написал роман «Геном» — про далекое будущее, генетически переделанных людей, империю и звездных рыцарей. Среди героев там есть Пак Генералов, гей, — и в придуманном Лукьяненко мире это никого не занимает, просто черта персонажа, одна из многих. Тогда так было можно. Фантастика и была тем местом, где можно всё: любой гендер, любая любовь, любое устройство мира, потому что это вымысел, территория без правил. Сегодня тот же эпизод подвел бы роман под закон об «ЛГБТ-пропаганде», а самого автора — под штраф. Свой «Геном» Лукьяненко в нынешней России написать бы уже не смог. И уж совсем не сходятся концы с концами, если присмотреться к судьбе самой маркированной книги. В мае 2026-го, через два месяца после того, как «Рыцарей Сорока Островов» внесли в наркосписок, онлайн-кинотеатр Wink объявил о начале съемок сериала по этому роману. Снимает Ким Дружинин, режиссер «28 панфиловцев» — главного патриотического боевика десятилетия; в одной из ролей — Михаил Пореченков; продюсируют его студии «Национальной Медиа Группы» при поддержке государственного Института развития интернета. Тот же текст, что одно ведомство пометило как опасный для подростков, другое запускает в производство на государственные деньги как полезный, воспитательный, свой. Противоречия тут никто не замечает, потому что заметить его некому: это просто одна и та же книга, прошедшая через две разные канцелярии с разными печатями. Есть у Лукьяненко рассказ, написанный уже во время войны, — «Времен двух между», в соавторстве с Дмитрием Байкаловым. Пионер Глеб из 1979 года случайно попадает в прифронтовой Донбасс 2022-го, на детскую железную дорогу. Первое, что он спрашивает, очнувшись в будущем: какой год, где мы, есть ли тут война с фашистами. Услышав: «Двадцать второй, Донбасс, есть», мальчик радостно кричит: «Ура!» Лукьяненко, сам того не заметив, написал автопортрет — человека из советского прошлого, который оказался в мире своей мечты, прямо как попаданец из плохой фантастики. В том же рассказе есть и другой образ — про книгу, герой которой поселился в старом доме, надел старомодную одежду, читал при керосиновой лампе, а когда совсем свыкся с этой жизнью, вышел на улицу и оказался в прошлом. «Сам себя перенес во времени, без всяких машин и приборов». Лукьяненко проделал ровно это — не на бумаге, а наяву: десятилетиями вживался в воображаемую империю, в державу силы и порядка, в мир, где зло выдается по лицензии и слабым не положено пощады, — и однажды вышел на улицу и оказался там. В стране своей мечты. Только страна мечты не стала делать для него исключений. Империя, которую Лукьяненко звал и строил, не различает своих и чужих — у нее нет на это органа: она сверяет текст со списком и не читает имен. Она открывает книгу, находит слово из списка и клеит наклейку на подростковую книжку человека, который эту машину и собрал.

Novaya Gazeta Europe (English)

중도 성향

기타

От «Дозора» до Роскомнадзора. В культовой серии книг Сергей Лукьяненко описал мир, где зло является нормой. А сегодня стал главным пропагандистом войны среди писателей-фантастов

뉴스

타임라인 키워드

KPDN seizes 6,000 litres of diesel in Melaka raid under Op Tiris 4.0 over suspected subsidy diversion

Nairobi: Police intensify war on illicit alcohol, recover 800 litres of Kangara

Police intensify crackdown on illicit alcohol in Kisumu and Migori

Navy intercepts over 135,000 litres of suspected stolen AGO in Rivers

Cooking oils: India sets standard packing

Navy recovers 92,660 litres of illegal diesel, disrupts oil theft network in Rivers

How everyday cooking oil is helping Japan fight an aviation fuel crisis

Govt. rolling out 100 ethanol fuel stations in Delhi-NCR, Maharashtra: Hardeep Singh Puri

Three arrested for suspected illicit fuel activity

Can Car With 45-Litre Tank Be Filled With 52-Litre Of Petrol? UP Man Alleges Fuel Pump Scam

45-litre tank, 52L petrol pumped: Kanpur car owner's shocking allegations on fuel pump

Metro Vancouver moving to Stage 3 water restrictions, but they might not last

After Water Crisis, Delhi Plans 1,500 Rainwater Harvesting Projects Before Monsoon

Kerala aims to raise daily milk production to 1 crore litres in three years: V.D. Satheesan

45-litre tank, 52 litres of petrol: Kanpur car owner alleges fuel pump scam

Monthly BUDI95 quota stays at 200 litres, says finance ministry

Putrajaya late‑night error corrected as Finance Ministry assures Budi95 quota remains at 200 litres

oPt: UNICEF State of Palestine Humanitarian Situation Update (WASH in the Gaza Strip), 29 May 2026

Pune Hooch Tragedy: 5,929 Litres Of Methanol Stockpile Found In Bhiwandi Warehouse, Death Toll Rises To 22

뉴스

타임라인 키워드

KPDN seizes 6,000 litres of diesel in Melaka raid under Op Tiris 4.0 over suspected subsidy diversion

Nairobi: Police intensify war on illicit alcohol, recover 800 litres of Kangara

Police intensify crackdown on illicit alcohol in Kisumu and Migori

Navy intercepts over 135,000 litres of suspected stolen AGO in Rivers

Cooking oils: India sets standard packing

Navy recovers 92,660 litres of illegal diesel, disrupts oil theft network in Rivers

How everyday cooking oil is helping Japan fight an aviation fuel crisis

Govt. rolling out 100 ethanol fuel stations in Delhi-NCR, Maharashtra: Hardeep Singh Puri

Three arrested for suspected illicit fuel activity

Can Car With 45-Litre Tank Be Filled With 52-Litre Of Petrol? UP Man Alleges Fuel Pump Scam

45-litre tank, 52L petrol pumped: Kanpur car owner's shocking allegations on fuel pump

Metro Vancouver moving to Stage 3 water restrictions, but they might not last

After Water Crisis, Delhi Plans 1,500 Rainwater Harvesting Projects Before Monsoon

Kerala aims to raise daily milk production to 1 crore litres in three years: V.D. Satheesan

45-litre tank, 52 litres of petrol: Kanpur car owner alleges fuel pump scam

Monthly BUDI95 quota stays at 200 litres, says finance ministry

Putrajaya late‑night error corrected as Finance Ministry assures Budi95 quota remains at 200 litres

oPt: UNICEF State of Palestine Humanitarian Situation Update (WASH in the Gaza Strip), 29 May 2026

Pune Hooch Tragedy: 5,929 Litres Of Methanol Stockpile Found In Bhiwandi Warehouse, Death Toll Rises To 22