TASS English
기타
정치
Hungary lifts ban on allocation of €6.6 bln from EU fund for armaments for Ukraine — paper
According to sources cited by Nepszava, the unblocked funds are likely to be used to purchase air defense systems for the Ukrainian army
🇷🇺 러시아 · "ARMA" · 총 16건
필터 보기현재 지수
50.0
0 = 부정 우세
50 = 중립
100 = 긍정 우세
최근 7일 기준 1,516건을 분석한 결과, 뉴스 심리지수는 50.0(균형)입니다. 긍정 0건(0.0%)·중립 1,516건(100.0%)·부정 0건(0.0%)이며, 중립 비중이 뚜렷하게 높습니다. 성향 지수는 종합 0.0(중도 균형)입니다.
According to sources cited by Nepszava, the unblocked funds are likely to be used to purchase air defense systems for the Ukrainian army
The list of joint projects between the two countries covers almost all priority sectors, including industry, energy, transport, logistics, pharmaceuticals, the agro-industrial complex and other areas
Hezbollah Political Council deputy chief Mahmoud Qomati said US and Israeli efforts would fail and that the resistance against Israeli aggression continues, Tasnim reported.
Russian Deputy Minister of Health Sergey Glagolev noted that the Russian regulatory system and the competencies of the pharmaceutical industry already made it possible to produce and localize platform solutions for innovative drugs
"If the ruble’s exchange rate rises, it will limit imports, enabling truly localized carmakers to sell their products in larger volumes on their own markets," Maksim Sokolov said
Andris Kulbergs also emphasized that Latvian pharmaceutical companies cannot requalify quickly, so the matter will be discussed separately with industry heads
General Naji Malaeb presumed that Shiite militias could, under certain conditions, be integrated into the Lebanese armed forces
While Western carmakers rush to roll out new electric models, their production lines remain tethered to an extraction and refining network dominated by a single superpower - China.
A senior researcher at the Russian Academy of Sciences’ Institute of Philosophy has been charged with large-scale fraud in connection with the alleged theft of funds earmarked for a project to translate Aristotle’s works.
Kazakh President Kassym-Jomart Tokayev, who invited the Russian President to the country, welcomed him on the tarmac
Maxim Reshetnikov said that Russia is also open to cooperation in healthcare and pharmaceuticals
Показатели рождаемости в России сегодня — одни из самых низких за всю историю. Власти пытаются это исправить: ограничивают аборты, запрещают «пропаганду чайлдфри» и вводят выплаты беременным школьницам и студенткам. При этом реальные проблемы женщин, которые ждут ребенка или только задумываются о беременности, часто остаются без внимания. Из аптек пропадает антирезусный иммуноглобулин, возникают перебои с другими жизненно важными препаратами для беременных. В регионах закрываются роддома, многие больницы годами не ремонтируют. На фоне инфляции и роста ипотечных платежей молодым семьям становится всё сложнее позволить себе жилье и базовые расходы на ребенка. Журналистка «Новой-Европа» поговорила с россиянками, которые сейчас вынашивают ребенка или недавно стали матерями, о том, что мотивирует их заводить детей в нынешней обстановке и с какими трудностями они сталкиваются во время беременности. Все имена изменены из соображений безопасности. Фото: Кирилл Зыков / Спутник / Imago Images / Scanpix / LETA. «Государственная поддержка, она, блядь, где вообще?» 11-й год подряд в России снижается число рожденных детей. По данным демографа Алексея Ракши, в 2025 году рождаемость в стране опустилась до минимума с рубежа XVIII–XIX веков. В 2026 году, несмотря на попытки властей повысить показатели, ситуация продолжает ухудшаться. Пролайф-организации получают всё больше поддержки, в школах и детских садах начали отмечать День беременных, а в ряде регионов ввели выплаты беременным школьницам и студенткам. Одновременно власти принимают законы о «запрете склонения к абортам» и ограничивают доступ к прерыванию беременности. Всё это — вместе с развязанной войной в Украине, внутренними репрессиями в стране, экономической нестабильностью и ухудшением качества медицины — заставляет многих женщин откладывать решение о детях. Почти все собеседницы «Новой-Европа» признаются: они долго сомневались, стоит ли вообще заводить ребенка в нынешней России. — Политическая ситуация влияла на мое решение, — говорит Мария из Москвы. — В свои 29 я задумалась, готова ли я еще ждать три, пять, семь лет? Смогу ли, захочу ли рожать поздно и хочу ли провести бездетную жизнь? Ответ был «нет». [В итоге] мы отбросили политические нюансы и решили, что справимся. Фото: Сергей Киселев / АГН «Москва». Ирина из Кемеровской области тоже долго откладывала мысли о ребенке. С мужем они уже больше пяти лет вместе, но после начала полномасштабной войны беременность казалась им слишком рискованным шагом. — Мы с ужасом наблюдали за происходящим и искренне надеялись на лучшее, — рассказывает женщина. — Но время шло, ситуация только усугублялась, а мы тем временем точно не молодели. И да, наверное, когда мы наконец были готовы, остальное стало не таким важным. 26-летняя Юлия из Петербурга вообще не планировала становиться матерью. Она работает инженером по электронике и незадолго до беременности получила возможность уехать на другой объект, с повышением. Девушка собиралась купить мотоцикл и получить второе высшее образование. — Ребенок вообще никак не вписывался в эту историю, — говорит Юлия. О беременности она узнала только на 12-й неделе. Для медикаментозного аборта срок был уже слишком большим, в итоге они с молодым человеком решили стать родителями. По словам девушки, политическая и экономическая ситуация были в числе главных причин, по которым она изначально не хотела детей: „ — Ну давайте объективно, честно: какая сейчас адекватная девушка будет хотеть забеременеть? — рассуждает Юлия. — Она должна быть очень уверена, чтобы на всё это подписаться. Уверена в своей зарплате, своей работе, что не произойдут какие-то репрессии, сокращение, еще что-нибудь, что экономика не рухнет банально. И надо не забывать, что она должна быть уверена в своем молодом человеке, потому что по сути на три года ты сидишь с завязанными руками и ногами, у тебя маленький ребенок. Юлия добавляет, что для осознанного решения о беременности семье нужны серьезные накопления и финансовая подушка безопасности, а такая возможность сейчас есть далеко не у всех. — Государственная поддержка, она, блядь, где вообще? Я получала 60 тысяч [рублей], я не прошла на пособие. Хотя по факту я живу от зарплаты до зарплаты, — возмущается девушка. — Пособий нет, выплат нет. Маткапитал сколько будет? 700 тысяч [рублей] в этом году. Потрясающе, это даже на первый взнос нормальной квартиры не хватит. Дальше — ситуация в стране. Рожать, скажите, куда, во что? В экономику, которая катится в кромешный ад, где идет огромная инфляция? В войну, которая неизвестно когда закончится? В медицину, которой нет? В образование, которого нет? «Это ваша проблема, найдете вы его или нет» Несмотря на страхи и сомнения, многие женщины всё-таки решаются на беременность. Но вместо обещанной поддержки сталкиваются с новыми проблемами — например, дефицитом жизненно важных препаратов. Уже второй год в российских аптеках возникают перебои с антирезусным иммуноглобулином — препаратом, который используют для профилактики резус-конфликта между матерью и плодом. Без него повышается риск осложнений во время беременности и тяжелых нарушений у ребенка. Препарат вводят беременным с отрицательным резус-фактором, если у плода может быть положительный резус-фактор. Обычно один укол делают во время беременности, второй — после родов. О нехватке иммуноглобулина для беременных «Известия» писали еще в 2025 году, но с тех пор ситуация почти не изменилась. В конце апреля 2026 года препарат снова исчез из большинства аптек. Фото: Сергей Киселев / АГН «Москва». Основная причина дефицита — высокая зависимость от импортных поставок. В России антирезусный иммуноглобулин выпускает только Ивановская станция переливания крови, и этих объемов пока недостаточно. По оценкам директора по развитию RNC Pharma Николая Беспалова, там производят всего около девяти тысяч упаковок в год, а ежегодная потребность составляет примерно 220–230 тысяч. Раньше в Россию антирезусный иммуноглобулин в основном поставляли зарубежные компании. Но с 2024 года на мировом рынке возник дефицит плазмы, из которой производится препарат; следовательно, увеличилась и его себестоимость. Из-за того, что иммуноглобулин в России входит в перечень жизненно важных лекарств, производители не могут сильно повышать на него цену. В итоге для зарубежных компаний поставки в Россию перестали быть экономически выгодными. Анна из Ставропольского края столкнулась с нехваткой антирезусного иммуноглобулина во время своей второй беременности. Сейчас ее младшей дочери почти год, старшей — пять лет. До этого у женщины была еще одна беременность, но ребенок погиб внутриутробно на 36-й неделе. Во время обеих предыдущих беременностей Анне бесплатно вводили иммуноглобулин: сначала в женской консультации, потом после родов. Поэтому о дефиците препарата она даже не подозревала. — Узнала уже по факту, когда встала на учет. И мне сразу сказали, что [иммуноглобулина] нет. Я сначала не поверила, что нет такого препарата. Начала искать, — рассказывает Анна. — Я обзванивала аптеки. Ни в одной аптеке страны, ни в женской консультации, ни в краевом перинатальном центре — его нигде просто не было. „ Когда меня вызвали на консультацию в краевой перинатальный центр, мне просто сказали: «Его нет, девушка. Это ваша проблема, найдете вы его или нет». По словам Анны, врачи сами давали ей контакты перекупщиков. У них препарат был, но один укол стоил от 30 до 50 тысяч рублей. На десятой неделе беременности женщина сдала тест на резус-фактор плода: она надеялась, что у ребенка, как и у нее, будет отрицательный резус. Тогда укол можно было бы не делать. Но анализ показал положительный резус-фактор. В итоге Анна нашла женщину из Черкесска, которая привозила иммуноглобулин из Турции. Контакт ей прислали другие беременные в инстаграме. Препарат Анне отправили Почтой России. Он обошелся ей в 15 тысяч рублей. — Я не могла быть уверена в оригинальности этого препарата. Я его купила не в аптеке, чека у меня нет. Я просто заказала, потому что мне он был нужен срочно. Но в принципе у меня всё закончилось хорошо. У меня не было резус-конфликта, — говорит Анна. После родов ей повезло: иммуноглобулин оказался в наличии, и второй укол ей сделали бесплатно в роддоме. 34-летняя Вероника из Нижнего Новгорода тоже долго не могла найти иммуноглобулин. Во время первой беременности, больше трех лет назад, проблем с препаратом не было: оба укола ей сделали бесплатно. — Изначально меня планировали положить в роддом. Препараты были, но никто не знает, сколько беременных будет с такой проблемой. Когда через две недели я пришла к врачу, мне сказали, что иммуноглобулина больше нет. Осталось только на послеродовой период, — рассказывает Вероника. По ее словам, в Нижегородской области иммуноглобулин чаще всего могут получить только пациентки, заключившие контракт на платные роды в определенных клиниках. Но даже в частной клинике, где она собиралась рожать, препарата не оказалось. Менять врача женщина не хотела. С этим гинекологом она девять лет лечила бесплодие и полностью ей доверяла. В итоге иммуноглобулин удалось найти в Москве, знакомые купили его в аптеке «Столичка» и привезли в Нижний Новгород. За два укола Вероника заплатила около десяти тысяч рублей. Фото: АГН «Москва». — Я не знаю, с чем связан дефицит. Возможно, пройдет время, и у нас страна догонит этот провал, — рассуждает Вероника. — Но я считаю, перекрывать вот такие поставки в связи с любой ситуацией — это бесчеловечно. Конечно, ничего мы не изменим. Мы только подстраиваемся. Но я вообще считаю, что если есть деньги купить препарат, а не из принципа требовать, чтобы его выдали, то лучше купить. Потому что вот, например, у меня есть эти десять тысяч рублей на два препарата, мне они погоды не сделают. А у кого-то нет на это денег. „ Если я сейчас пойду выпрошу у Минздрава этот препарат, возможно, кому-то он не достанется. Ирине из Кемеровской области пришлось самой разбираться в теме резус-конфликта. По ее словам, гинеколог ничего не сказала ей о препарате, хотя беременность у нее протекала с осложнениями. У Ирины отрицательный резус-фактор, хронический тонзиллит и проблемы с щитовидной железой. Сначала девушка не смогла бесплатно сдать глюкозотолерантный тест на сахарный диабет беременных: в консультации не оказалось реагентов. Потом ей пришлось платно делать анализ на резус-фактор плода: в женской консультации снова не было нужных материалов. Анализ показал положительный резус-фактор у ребенка, и Ирина поняла, что ей точно понадобится иммуноглобулин. — Я пришла на прием с просьбой помочь мне с тем, чтобы сделать укол. В ответ получила насмешку: «Интересно, где вы его достанете?» После этого гинеколог сказала, что нужно обращаться [по этому вопросу] через заведующую женской консультации, но конкретных сроков мне никто не дал. А у меня уже был срок 28–29-я неделя, и оставалась всего пара дней до введения препарата, — рассказывает девушка. Ждать она не стала и обратилась через страховую компанию в Минздрав. Через два дня ее направили на укол в соседний город. Алена, акушер-гинеколог из Томска, подтверждает слова собеседниц «Новой-Европа». Она говорит, что в женских консультациях сейчас действительно не хватает многих препаратов. — Не вводится иммуноглобулин давно без острых показаний, хотя должен всем резус-отрицательным ставиться, — говорит гинеколог. — Врачи помогают, как могут, пациенткам. Кто-то создавал чаты, куда вносит пациентов. Если у одного препараты в излишке, то он их мог пожертвовать другим. Если делали закупки сами пациенты из зарубежья, то помогали другим, искали, кому еще нужно, и без наценок отдавали. По ее словам, проблемы возникают не только с иммуноглобулином. Пациентки также жалуются на нехватку оригинальных препаратов для ЭКО, внутриматочных спиралей вроде «Мирены» и «Допегита» — лекарства для снижения давления у беременных. «Что-то да придумаем» У «Допегита» в России нет прямых аналогов, препарат производит только венгерская компания Egis. С чем именно связаны проблемы с поставками, точно не известно: ранее в компании объясняли их необходимостью перерегистрации препарата. По данным RNC Pharma, последняя поставка в Россию была еще в октябре прошлого года. С проблемами при поиске «Допегита» столкнулась Мария из Москвы. До беременности она принимала «Кардиомагнил» — препарат для профилактики образования тромбов, инфарктов и инсультов. — Как только его отменили, у меня начались скачки давления, — рассказывает Мария. — Мне поставили риск преэклампсии (осложнение, характеризующееся высоким давлением, которое представляет угрозу и для матери, и для ребенка. — Прим. ред.) после 36-й недели, прописали «Допегит» и посоветовали «искать по маленьким аптекам». Когда я поняла, что препарата нет даже в ближайших регионах, то начала узнавать про возможность ввоза из соседних стран. Но поняла, что юридически это сложный процесс, есть определенные риски. В моем положении я не хочу проблем с законом. Фото: Василий Кузьмичёнок / АГН «Москва». Когда Мария рассказала врачу, что не может найти «Допегит», та предложила ей заменить его «Нифедипином». Но женщина отказалась. — Насколько мне известно, он небезопасен для ребенка даже на поздних сроках, — говорит она. — Я не стала его принимать. Просто живу надеждой, что больше скачков давления не будет. Елизавета из Волгограда тоже не смогла найти «Допегит». — У меня «синдром белого халата». У врачей повышается давление, а дома замеряла — нормальное, — рассказывает девушка. — Врач, увидев на мониторе [высокие показатели], запаниковала и назначила мне «Допегит». Я начала смотреть все интернет-аптеки, склады, ходила по офлайн-аптекам — может, просто лежит где-то, не выкладывают в сеть. Но нет, нигде его не купить. На следующем приеме Елизавета сообщила врачу, что найти препарат так и не удалось. Та начала искать по аптекам сама, но тоже безрезультатно. В итоге Елизавете дали несколько таблеток домой и посоветовали принимать их только в случае необходимости. — Врачи сами не знали, что делать. Говорили, что есть «Нифедипин» еще и, мол, «что-то да придумаем». Но когда ты носишь ребенка под сердцем, «что-то» — такое себе [решение]. Хочется хорошего и лучшего, — говорит Елизавета. Позже ее положили в перинатальный центр из-за риска преэклампсии, и там всё же начали давать «Нифедипин». По словам девушки, серьезных побочных эффектов у нее не было, хотя от других беременных и врачей она слышала, что препарат переносится тяжелее и иногда может вызывать еще большие скачки давления. У Юлии из Петербурга гипертонию диагностировали еще до беременности. Таблетки она тогда не принимала, потому что чувствовала себя нормально. — О том, что надо принимать «Допегит», я узнала сразу же, когда пришла в женскую консультацию и встала на учет. На тот момент «Допегит» еще в городе был. Дефицит начался примерно в марте [2026 года]. Я испытала что-то вроде шока и злости, потому что это единственный препарат, который можно принимать при беременности, — говорит девушка. На самом деле «Допегит» не единственный препарат, который разрешен беременным женщинам для снижения артериального давления, но он считается препаратом первой линии, так как наиболее изучен и его можно принимать на любом сроке беременности. Когда лекарство исчезло из петербургских аптек, Юлия начала искать его через друзей и родственников. Часть таблеток привезла подруга из-за границы, часть нашли знакомые в других регионах, еще несколько упаковок купили родители. Но даже этого, по словам Юлии, до конца беременности ей не хватит. Оставшуюся часть Юлия с ее молодым человеком планируют закупать в Беларуси, когда поедут туда по делам. „ — Врачи услышали впервые от меня, что «Допегита» нет, — добавляет Юлия. — На меня врач смотрела круглыми глазами: «В смысле нет “Допегита” в городе?» 27-летняя София, которая переехала в Московскую область из Молдовы, столкнулась с похожей ситуацией. Проблемы с давлением у нее с 15 лет. До беременности при необходимости она принимала «Андипал», но сейчас этот препарат ей использовать нельзя. — Когда вставала на учет, сразу спросила, что можно пить на всякий случай, если повышается давление. Гинеколог рассказала про «Допегит» как единственный препарат, который более-менее безопасен. Искали всей семьей по Москве и области и не нашли, — делится София. Фото: Александр Щербак / ТАСС / ZUMA Press / Scanpix / LETA. Сначала ее выручила знакомая, которой тоже назначали «Допегит» во время беременности. А недавно родственники купили для нее препарат в Молдове, скоро она должна его получить. У Софии это уже вторая беременность, и, по ее словам, в этот раз отношение врачей гораздо лучше, чем было 2020 году. Сейчас, говорит она, врачи более внимательные, а на НИПТ — высокоточный анализ крови беременной, который позволяет выявить генетические отклонения у плода, — ее в этот раз направили бесплатно по ОМС. — В мире всегда было и будет непонятно что. Не предугадаем никогда. А если жить в вечном страхе, можно жизнь зря прожить. Мы живем почти в Москве, и пока что я чувствую себя в безопасности. Проблем с продуктами, одеждой или еще чем-то не чувствую. Бесплатная медицина, образование, пособия, тот же маткапитал, своя квартира по семейной ипотеке уже есть. На комфортную жизнь нам хватает, — добавляет девушка. «Дети сейчас — это дорого» Помимо проблем с доступом к препаратам, молодые матери и беременные женщины в России всё чаще говорят о резком росте цен на детское питание и базовые вещи для новорожденных. С начала полномасштабной войны с Украиной детские смеси подорожали в несколько раз. Рост затронул и импортные продукты, и те, что производятся в России. По данным проекта «Цены сегодня», смесь Nutrilon 1 выросла в цене с 280 до 1700 рублей, «Nutrilon Антирефлюкс» — с 270 рублей до 1600 рублей. А импортная смесь NAN подорожала на 546%: с 288 рублей до почти 1850 рублей. «Очень подорожала! Ну невозможно вырастить ребенка, тратя только на еду по 13 тысяч [рублей]», — пишет одна из пользовательниц в отзывах под «Nutrilon Антирефлюкс» в «Детском мире». На рост цен жалуются и женщины, с которыми поговорила «Новая-Европа». Ирина из Кемеровской области отмечает, что сильнее всего за последний год подорожали детское питание и одежда. Чтобы укладываться в семейный бюджет, они с мужем постоянно следят за скидками и, где могут, используют промокоды. Мария из Москвы тоже говорит о резком росте цен, особенно на специализированные смеси, например, при аллергии у ребенка: — Там колоссальный ценник, — жалуется она. — Семья со средним доходом не сможет себе позволить упаковку смеси за такие деньги. Мы покупали для малыша всё постепенно, чтобы равномерно распределить нагрузку на семейный бюджет. У мужа хороший доход, но даже с учетом хорошего дохода мы всё равно считаем и смотрим, что покупаем. „ Мне интересно, что будет, когда ребенок пойдет в сад и потом в школу. Дети сейчас — это дорого. По словам Анны из Ставропольского края, если бы семья не жила в селе, не имела собственного дома и хозяйства, решение о второй беременности далось бы гораздо сложнее. Но стабильная работа мужа и помощь родственников сглаживают часть расходов, а едят они в основном то, что сами выращивают, поэтому большого роста цен она лично не заметила. Фото: Александр Авилов / АГН «Москва». При этом сама беременность для нее оказалась заметной статьей расходов. Из-за тромбофилии низкого риска — проблем со свертываемостью крови — часть препаратов ей приходилось покупать самостоятельно. Многие анализы тоже нельзя было сдать бесплатно. В среднем это обходилось примерно в 20 тысяч рублей в месяц. Но, по словам Анны, деньги оказались даже не главной проблемой. Из-за того что они живут в селе, на многие процедуры ей приходилось ездить в Ставрополь, потому что в местной женской консультации не было даже современного аппарата УЗИ. — Огромная проблема, что тут ничего нет. Аппарат УЗИ доисторический, аппарат КТГ тоже древний стоит. Врачей огромная нехватка. Я сидела в очередях по пять-шесть часов — просто чтобы попасть к своему врачу. То есть какие-то базовые анализы еще можно сделать, а прием узкого специалиста — это уже большая проблема. Да, отправляют бесплатно в Ставрополь. Но беременным ездить по два часа на маршрутках очень сложно, особенно на последних неделях беременности. Это вот такие проблемы маленьких населенных пунктов, — говорит женщина. Юлия из Петербурга пока не покупала вещи для ребенка, поэтому резкого роста цен не заметила. Но отмечает, что в целом жить стало дороже из-за инфляции: — Цены растут вообще на всё. На коммуналку, на продукты, на какие-то бытовые нужды, на одежду. Вопрос решается путем урезания каких-то своих хотелок и расстановки приоритетов. К примеру, мы с моим молодым человеком уже достаточно давно не покупаем одежду в обычных магазинах. Чаще всего посещаем секонд-хенды. А вот Елизавета из Волгограда сильного роста цен не почувствовала. Она выходит из положения за счет маркетплейсов. В офлайн-магазинах Елизавета изучает разные марки, сопоставляет составы, а покупает всё только онлайн. У Софии из Московской области тоже своя система экономии. По ее словам, по сравнению с 2020 годом цены заметно выросли, но при правильном планировании бюджета проблем быть не должно. — Я начинаю закупаться после 12-й недели, — рассказывает она. — В том же «Детском мире» можно не спеша искать, что есть по скидке. Можно найти боди по 300–350 рублей. В 2020-м они стоили 200–250 рублей. Тут главное — не спешить, ибо цена отличается в зависимости от размера. Почти все собеседницы «Новой-Европа» в итоге говорят об одном: решение родить ребенка в России сегодня всё чаще воспринимается как серьезный личный риск. И даже те женщины, которые всё-таки идут на это, заранее готовятся к тому, что сталкиваться с трудностями им придется на каждом этапе.
"When Germany rearms, it always turns out badly for France and the rest of the world," Florian Philippot emphasized
The situation was triggered by Brussels' decision in April to include Chinese company Yangjie in the 20th package of sanctions against Russia
Mercedes-Benz is considering entering defense production if it would make “business sense,” the German carmaker’s CEO has told the WSJ Read Full Article at RT.com
The Center said in a comment that as long as the United States and Russia account for more than 80% of deployable nuclear warheads, the two "hold a special responsibility for nuclear disarmament"