Мы долгое эхо друг друга. На разминирование приграничных территорий России уйдут годы

Знак с надписью «Стоп! Опасно! Мины!» во время проверки жилого района сотрудниками отряда разминирования МЧС России на наличие неразорвавшихся боеприпасов во Льговском районе, Курская область, 17 октября 2024 года. Фото: Михаил Клементьев / ТАСС / Profimedia.
В российском приграничье, в Курской и Белгородской областях мирные жители уже больше четырех лет подрываются на минах и боеприпасах, оставшихся в земле после активных боевых действий.
Неминуемо страдают гражданские.
Начались подрывы еще в 2022 году. Из происшествий, о которых узнали СМИ, 16 октября 2022-го местный житель Шебекинского городского округа Белгородской области наступил на мину и потерял ступню.
22 октября 2022 года в Валуйском городском округе той же области комбайнер наехал на мину.
24 декабря 2022-го подросток получил травмы стопы и лица, когда наступил на мину в Щетиновке Белгородского района.
28 апреля 2023 года в Журавлёвке Белгородской области на мине подорвалась машина. Погибли четверо местных жителей.
Случаев, о которых стало известно, еще десятки. В 2024 году на мине подорвалась съемочная группа российского телевидения, приехавшая снимать сюжет о разминировании. В 2025 году от мин и неразорвавшихся боеприпасов в приграничных областях, кроме взрослых, погибли и пострадали дети.
Подрывы на минах и неразорвавшихся боеприпасах в Курской области участились после наступления на регион подразделений ВСУ. Как подсчитало издание «Вот Так», только с 23 марта по 4 сентября 2025 года в Курской области произошло 22 инцидента с минами и другими неразорвавшимися боеприпасами. В среднем это примерно один случай в неделю. По данным журналистов, от подрывов на минах на Курщине к сентябрю 2025 года погибли как минимум шесть гражданских. Еще 19 мирных жителей были ранены. 1 сентября 2025 года губернатор Курской области Александр Хинштейн рассказал, что в 60 населенных пунктах региона обнаружено порядка 817 тысяч неразорвавшихся боеприпасов. „
от подрывов на минах на Курщине к сентябрю 2025 года погибли как минимум шесть гражданских. Еще 19 мирных жителей были ранены. 1 сентября 2025 года губернатор Курской области Александр Хинштейн рассказал, что в 60 населенных пунктах региона обнаружено порядка 817 тысяч неразорвавшихся боеприпасов.
Подрывы продолжились и в 2026 году. Так, 18 мая 2026 года мужчина подорвался на взрывном устройстве в селе Вознесеновка Шебекинского округа. Последнее известное ЧП случилось 23 мая в селе Шептуховка Курской области, где 59-летний местный житель наступил на мину, — ему оторвало правую стопу. По данным «Новой газеты Европа», на май 2026 года от взрывов мин погибли 33 мирных россиянина.
Опасные земли
О том, что российские приграничные территории стали небезопасны для машин и пешеходов, стало известно уже спустя несколько месяцев после начала полномасштабного вторжения России в Украину. 18 августа 2022-го губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков рассказал о том, что на территории региона были обнаружены противопехотные мины «Лепесток». По словам Гладкова, мины были найдены на территории Шебекинского городского округа после нескольких обстрелов со стороны Украины.
В октябре 2022 года, когда произошел очередной подрыв, Гладков обратился к местным жителям с призывом воздержаться от посещения лесополос во всех приграничных муниципалитетах. В декабре 2022 года жители Дальней Игуменки Корочанского района получили указание от администрации муниципалитета с требованием проверить свои земельные участки на наличие взрывоопасных предметов. В мае 2023 года Гладков назвал недопустимым посещение леса в 15-километровой зоне. А уже в сентябре 2024-го губернатор уточнил, что леса в 35–50 километрах от границы лучше не посещать. Мина ПФМ «Лепесток». Фото: РИА Новости / Спутник / Profimedia .
В конце октября 2023 года депутат Государственной думы от Белгородской области Никита Румянцев в соцсетях назвал крайне актуальной и волнующей многих жителей Белгородской области тему, как будут усилены возможности МЧС региона по разминированию территорий и обезвреживанию взрывоопасных устройств. «Уже сейчас легко прогнозируется, что для решения этой проблемы текущего количества саперов и техники не хватит, — сказал депутат. — Речь идет, конечно же, о том периоде, когда для их работы не будет существенной угрозы». „
В июне 2024 года российские власти заявили, что саперы уничтожили около семи тысяч боеприпасов, разминировав свыше 1,2 тысячи гектаров земли в Белгородской области.
В 2025 году в этом регионе обезвредили более 6 тысяч взрывоопасных предметов. В Курской области, по данным Александра Хинштейна, на 2 декабря 2025 года от взрывных устройств очищены 92 населенных пункта, обезврежено почти 2,7 тысячи боеприпасов, взрывных устройств и мин.
Смертоносные «Лепестки»
«Вся приграничная территория в Курской и Белгородской областях сегодня представляет собой опасную зону, — говорит российский военный эксперт, согласившийся общаться с “Новой-Европа” на условиях анонимности. — Особенно в местах, где шли бои или велись массированные обстрелы. Ставили мины обе стороны. И если у россиян еще могли сохраниться планы минных полей, то украинцы таких карт, судя по всему, могут не иметь совсем».
На значительной части Курской области в 2024–2025 годах велись кровопролитные сражения. В них, по словам российского эксперта, массированно использовалось минирование местности и логистики. Причем ВСУ применяли различные виды мин, предоставленных западными партнерами. Среди них, как утверждали российские власти, были и мины с сейсмодатчиками, срабатывающие от колебания почвы под ногами проходящего мимо человека. Однако подобных мин россияне широкой публике так и не показали. По заявлению российских военных, львиная доля мин, установленных ВСУ, произведена в странах НАТО, например, в США. Советские образцы встречаются гораздо реже. Российские саперы не умеют разминировать западные взрывные устройства и чаще всего подрывают их, не пытаясь деактивировать. „
«Обе стороны часто используют еще советские модели мин ПОМки — противопехотные осколочные мины, ПФМ — “Лепестки”, противотанковые ТМ-62 — если речь про подрыв транспортных средств, —
говорит “Новой-Европа” аналитик CIT, попросивший не называть его имени.
В теории планы минных полей должны быть у саперов, если в их подразделении нормально поставлено инженерно-саперное дело. Но мы и по жалобам самих военных видим, что это далеко не всегда происходит. Частично объясняется обычным хаосом войны, частично плохо организованной передачей позиций от подразделения к подразделению, когда эти карты просто теряются. Иногда просто разгильдяйством».
Разбрасывают с воздуха
Мина ПФМ-1, более известная как «Лепесток», обычно, по словам российского эксперта, не устанавливается саперами, а разбрасывается на больших площадях дистанционно при помощи кассетных боеприпасов, авиации или артиллерии. К примеру, их может запускать РСЗО «Смерч», «Ураган» и даже обычный «Град». Украинцы били по Курской и Белгородской областям из РСЗО. Россияне также применяли системы залпового огня. Вполне вероятно, что часть ракет была начинена «Лепестками». Если человек наступает на такую мину, ему, как правило, отрывает или калечит ступню ноги, как это не раз случалось в Курской и Белгородской областях.
Опасны для мирных граждан, по словам российского эксперта, и кассетные боеприпасы, в том числе западные виды, поставлявшиеся Украине союзниками. Они дают довольно значительный процент неразорвавшихся суббоеприпасов, которые фактически становятся взрывными устройствами, которые могут сработать от прикосновения человека. Их, как и «Лепестки», саперы не деактивируют, а уничтожают на месте. Именно из-за этого кассетные боеприпасы запрещены во многих странах.
«При дистанционном минировании или обстреле кассетными боеприпасами мины могут залететь в поля или даже на участки мирных жителей, — утверждает российский военный эксперт. — Как правило, несущая мины ракета взрывается на значительной высоте и разбрасывает мины на площади в несколько сотен метров».
«Обе стороны крайне активно применяют минирование с БПЛА, — дополняет аналитик CIT. — Причем часто нарушая правила и обычаи ведения войны. Так, россияне регулярно разбрасывают противопехотные мины с дронов на улицах Херсона. Но минирование с дронов ограничивается не только противопехотными минами. Ставить с воздуха научились уже практически все виды мин. Так что это серьезная угроза: на участок в тылу, который считался “чистым”, может прилететь и за ночь заминировать». Российские саперы проверяют поле на наличие мин и взрывных устройств в Курской области, 29 июля 2025 года. Фото: Сергей Бобылев / Спутник / Profimedia.
Хаотичное минирование
Украинцы могли минировать и приграничные участки Белгородской области. Ведь туда не раз заходили диверсионные группы ВСУ и РДК. Российский эксперт рассказывает, что современные противопехотные мины, выпущенные в странах НАТО, как правило, имеют таймер отключения или самоликвидации. Некоторые из них способны взорваться лишь до момента, пока у них не сядет аккумулятор, рассчитанный на несколько месяцев. После того как батарейка кончится, они превращаются в обычный кирпич. Такие мины менее опасны для местного населения. Однако россияне не имеют подобных мин на вооружении и чаще всего пользуются «Лепестками».
«Думаю, что активно минировали участки в Курской области обе стороны, — рассказывает “Новой-Европа” военный обозреватель Русской службы Би-би-си Ньюз Илья Абишев. — Карты минных полей существуют, но, как обычно бывает, фрагментированные и потому ненадежные. Тут одно подразделение минировало, тут другое, там несколько сразу. А где-то вообще никаких карт — “вот за тем ручьем наши растяжки натянули, туда не ходи”. Те же суббоеприпасы и мины просто разбрасывают на какой-то территории, никто не может точно сказать, где валяется “Лепесток”».
Годы на разминирование
«Разминировать территорию в несколько тысяч квадратных километров крайне сложно, — говорит российский военный эксперт. — Надо учитывать, что неподалеку еще идут бои, а противники освоили дистанционное минирование при помощи дронов. Один дрон может нести несколько мин и закладывать их в самых неожиданных местах. Человек еще недавно спокойно проходил в каком-то месте, а вдруг подрывается на мине».
«В целом разминирование больших территорий — это задача на года, даже на десятилетия мирного времени, — рассказывает аналитик CIT. — В горных районах северо-восточной Италии, кажется, есть участки, не разминированные с Первой мировой до сих пор. Хотя там, наверное, не мины всё же, а неразорвавшиеся боеприпасы, они чуть менее опасны: скот пасти можно. А сейчас всевозможные боеприпасы, и снаряды, и кассетные боевые элементы, и сбросы с дронов. Если территория, которую нужно очистить от мин и боеприпасов, уже в тылу и до нее особенно не добивает артиллерия и дроны противника, то ничем от любого другого послевоенного разминирования Курская область не отличается. Это всегда долго, дорого, и 100% разминирования добиться практически невозможно. Даже спустя годы люди всё равно будут подрываться. Если же фронт ушел недалеко, то, во-первых, саперы могут сами попасть под обстрел. А кроме того, разминированные участки могут снова быть заминированы с БПЛА».
При участии Виктории Литвин ...