Как Лео Месси объединяет расколотую Аргентину

Сборная Аргентины продолжает успешное выступление на Чемпионате мира по футболу: пройдя групповой этап без поражений, в 1/16 финала она обыграла Кабо-Верде и прошла дальше по сетке плей-офф; согласно букмекерским раскладам, аргентинцы остаются одними из фаворитов турнира. Лидер команды — 39-летний Лионель Месси, восьмикратный обладатель «Золотого мяча» и, согласно распространенному мнению, лучший футболист в истории человечества. Несмотря на пожилой по спортивным меркам возраст, пока что он возглавляет гонку бомбардиров на своем шестом чемпионате мира. Особую роль Месси играет на родине, где культ футболиста давно уже превратился во что-то вроде светской религии, у которой есть и заметная политическая составляющая. Живущий последние годы в Буэнос-Айресе российский журналист Денис Бояринов подробно изучил, как устроена эта религия и в чем ее социальный смысл.
Текст был впервые опубликован на сайте «Новой газеты Балтия»
На первый взгляд, июньским воскресным вечером в столичном парке Ривадавиа всё как обычно. Памятник Симону Боливару, стоящий в центре, отводит глаза к небу от вещевого рынка, расплескавшегося вокруг копыт его коня, нестерпимо пахнет жареными чорипанами (местная разновидность хот-дога), у постамента учатся танцевать танго. Продавцы сахарной ваты, нарезающие круги, заглушают музыку своими выкриками.
У выхода к авениде — проспекту — ленивая атмосфера уикенда насыщается адреналином и даже становится напряженной: там по аллеям и лужайкам роятся кучки детей и взрослых общим числом порядка нескольких сотен человек. В руках у них яркие альбомы и пачки наклеек. Они перемещаются в соответствии с правилами броуновского движения, обмениваясь «фигуритас» — стикерами из официального альбома FIFA к Чемпионату мира по футболу-2026, который производит фирма Panini.
Дело в том, что по выходным на время Чемпионата парк Ривадавиа — обычный сквер в одном из жилых районов Буэнос-Айреса — становится главным местом сбора коллекционеров фигуритас, а их в столице Аргентины великое множество. Кажется, вокруг их собирают все, от мала до велика: мальчики и девочки, юноши и девушки, мамы и папы, бабушки и дедушки. Коллекционирует их и мой семилетний сын — вслед за детьми из своего класса. Именно поэтому мы пришли в парк, который находится в часе езды от нашего дома. 
Цель — достать наиболее ценную в Аргентине фигуриту: наклейку под номером ARG17, с портретом капитана аргентинской сборной Лионеля Месси. Каждый владелец альбома мечтает вклеить такую на подобающее место в альбоме. Однако найти ее самому в очередном пакетике за 2500 песо (чуть больше 1,5 долларов) удается избранным счастливцам. Наклейку можно выменять в парке Ривадавиа, однако Месси ценится очень высоко: за стикер с ним придется отдать сорок «рядовых» игроков — причем звезды других сборных идут в общем списке (увы вам, Роналду, Мбаппе, Модрич и Лукаку). Если поменяться не получилось, Месси можно купить: цена на ARG17 колеблется в диапазоне от 20 до 50 тысяч песо (около 13–32 долларов), что эквивалентно стоимости двух десятков пакетиков или, скажем, обеда в недорогом кафе. 
Разумеется, для собирающего фигуритас никакой обед не стоит Месси. Мы рассудили так же, и домой из парка Ривадавиа сын увез в кармане заветный стикер.Скульптура звезды футбола Лионеля Месси работы художника Aldo Beroisa, открытая к первому матчу Аргентины против Алжира на чемпионате мира, в Кутраль-Ко, Аргентина, на рассвете в воскресенье, 21 июня 2026 года. Фото: Nestor Ponce / AP / Scanpix / LETA
«Поем Десятому»
24 июня, пока шел групповой этап ЧМ-2026, Месси исполнилось 39 лет. За день до этого именинник сделал подарок себе и всем аргентинцам: забил два гола в матче с Австрией. Второй мяч он буквально затолкнул в ворота на последних минутах — обвел полкоманды соперника и трижды ударил, прежде чем добился своего. Тем самым Месси установил личный и мировой рекорд по количеству голов на чемпионатах мира. В ответ восторженные аргентинцы превратили день его рождения в стихийный общенациональный праздник, который коснулся даже тех, кто обычно не интересуется футболом. 
Городок нефтяников Кутраль-Ко в провинции Неукен сделал капитану гигантский подарок — 26-метровую железобетонную статую футболиста. Месси изображен в позе победителя чемпионата в Катаре, который Аргентина выиграла четыре года назад: на коленях, у ног — Кубок мира,
рука прижата к сердцу, другая указывает на небо. Это его фирменный жест в память о бабушке, которая когда-то привела его в футбольную секцию и которой он посвящает каждый забитый гол.
Статуя выглядит довольно брутально, зато она в двенадцать раз выше памятника Боливару в парке Ривадавиа.
Телеканал Telefe, показывающий матчи ЧМ, запустил кампанию Le cantamos al Diez a las 10 — «Поем Десятому в десять». Аргентинцев призвали в 10:00 утра и в 22:00 вечера одновременно спеть Месси Feliz cumpleaños (с днем рождения – прим.ред.). Первыми идею подхватили футбольные фанаты: с флагами и прочими атрибутами они собрались у Обелиска, архитектурного символа Буэнос-Айреса. Но не только они. В этот день здравицу Месси пели в школах, офисах, магазинах, спортивных клубах, на улицах и в общественном транспорте; поздравления звучали на некоторых станциях метро и светились на табло автобусных рейсов. Аргентинские соцсети наводнили ролики с песнями в честь капитана сборной.
Утром мэр Буэнос-Айреса Хорхе Макри, по случаю Дня флага принимавший в театре Колон — на самой роскошной оперной сцене Южной Америки — символическую присягу школьников на верность национальному символу Аргентины, решил нарушить протокол. В главном театральном зале на континенте среди волнующегося моря бело-голубых флажков с солнцами свыше тысячи учеников четвертых классов, а также их учителя и родители пели имениннику и скандировали: «Месси! Месси! Месси!»
Вечером популярная группа La K’onga, дававшая в этот день аншлаговый концерт на площадке Movistar Arena, где в разные годы выступали Kraftwerk, Pulp и Игги Поп, посреди шоу исполнила Feliz cumpleaños для Месси вместе с 15-тысячным залом. 
Однако самая трогательная акция, пожалуй, состоялась в родном городе футболиста, Росарио. Пять тысяч детей собрались у памятника национальному флагу, махали аргентинскими флажками и вместе с известным бардом Абелем Пинтосом пели: «С днем рождения, Лео!»Болельщик в маске Лионеля Месси с копией кубка чемпионата мира, после футбольного матча между Аргентиной и Австрией, Буэнос-Айрес, Аргентина, 22 июня 2026 года. Фото: Luis Robayo / AFP / Scanpix / LETA
Преодолевающий трещину
Очевидно, что для аргентинцев Месси — символ нации, почти такой же, как государственный флаг; а футбол в Аргентине — больше чем спорт, почти религия. Однако еще важнее другое: после смерти папы Франциска Месси стал не только самым известным из живущих аргентинцев — и в своей стране, и за ее пределами, но и занял место национального героя, в симпатии к которому сходятся люди, глубоко различающиеся во всём остальном.
Аргентинское общество чрезвычайно поляризовано. Часто аргентинцы с иронией описывают себя через противостояние двух лагерей, между которыми почти невозможно перекинуть мост. 
В местных медиа для этого есть слово grieta — «трещина», «раскол». Им обозначают не просто политический или общественный спор, а состояние, при котором стороны живут в разных картинах мира, постепенно теряя способность к диалогу.
В аргентинской политике grieta долго была связана прежде всего с отношением к киршнеризму — движению, сложившемуся вокруг Нестора Киршнера, президента Аргентины в 2003–2007 годах, и его жены Кристины, управлявшей страной в следующие восемь лет. В эти годы общество делилось на сторонников Киршнеров, которые поддерживали ориентацию на сильное государство, социальные программы, протекционизм и настороженное отношение к Западу, — и их непримиримых противников. После того как главным соперником киршнеристов стал Маурисио Макри — бывший мэр Буэнос-Айреса, сменивший Кристину Киршнер на посту президента в 2015-м, — этот раскол всё чаще описывали уже как противостояние киршнеризма и макризма. 
При президенте Хавьере Милее grieta получила новое измерение: сторонники радикально свободного рынка против защитников социального государства, ориентация на США против антиамериканских настроений, европеизированные портеньос (самоназвание коренных жителей столицы) из состоятельных районов Буэнос-Айреса против сельских жителей провинций; тотальная цифровизация экономики против аграрных традиций; противоположные представления о прошлом и будущем страны.
Новая газета. Европа — Читайте также
Даже футбол в Аргентине легко превращается в язык раскола. Многолетнее противостояние клубов «Бока Хуниорс» и «Ривер Плейт» давно обросло социальной мифологией: «народная» «пролетарская» «Бока» против более респектабельного «буржуазного» «Ривера»; уличная страсть против клубной аристократии; голытьба против старых денег. Эта схема, конечно, упрощает реальность, но именно такие упрощения и питают аргентинскую культуру противостояний.
На этом фоне Лионель Месси — редкая консенсусная фигура, которую признают на всех полюсах аргентинского общества, от трущоб до особняков. Его искусные пасы, виртуозные голы, образ простого аргентинского парня и сама возможность снова увидеть его в майке сборной ненадолго сокращают общественный разрыв, собирая страну у телеэкранов в единое целое.
Месси, кажется, прекрасно осознает и положение, которое занимает в аргентинском социуме, и вес собственной репутации.
Поэтому всю карьеру — скорее сознательно, чем просто из скромности, — он сохранял политический нейтралитет и избегал не только публичной поддержки каких-либо сил, но и любых намеков на близость к власти.
Он никогда не стремился к встречам с заметными фигурами аргентинской политики. У него нет публичных снимков ни с Киршнерами, ни с Макри, ни с бывшим президентом Альберто Фернандесом, ни с Хавьером Милеем. Именно поэтому такой всплеск обсуждений в Аргентине вызвала мартовская фотография футболиста с Дональдом Трампом, сделанная во время визита его нынешнего клуба «Интер Майями» в Белый дом.
Это был, пожалуй, первый случай появления Месси в контексте большой политики — и многие тут же сделали из него многозначительные выводы. Аргентинский интернет облетел мем, где эта фотография сопровождалась подписью: «Один уже готов к четвертой [звезде за победу на чемпионате мира], другой — к третьей [мировой войне]».Аргентинские болельщики разворачивают баннер с изображением футболистов Лионеля Месси и Диего Марадоны, целующих кубок чемпионата мира, после окончания футбольного матча между Иорданией и Аргентиной на стадионе Далласа в Арлингтоне, США, 27 июня 2026 года. Фото: Paul Ellis / AFP / Scanpix / LETA
«За Мальвины, за Диего»
По мнению фанатов аргентинского футбола, Месси и его команда давно уже «увенчаны славой» — coronados de gloria, как говорят здесь, переиначивая строчку из национального гимна. Это выражение можно увидеть на всевозможной сувенирной продукции: от магнитиков на холодильник до ежедневников и детских книг.
Но именно поэтому ожидания от сборной на ЧМ-2026 так высоки. В Аргентине ждут, что Блоха — Pulga, прозвище, закрепившееся за невысоким и стремительным Месси еще в юности, — привезет не только Кубок мира и еще одну, четвертую, чемпионскую звезду на майки сборной, но и нечто гораздо более важное. В аргентинском обществе желанная победа в Северной Америке отягощена огромной символической нагрузкой.
На этом чемпионате мира болельщики в поддержку сборной распевают песню La cuarta estrella — «Четвертая звезда». На мотив популярной кумбии из 1980-х музыкант по прозвищу Пальмито сочинил текст, бьющий в сердце каждого аргентинца, и мгновенно стал героем футбольного сезона. В песне поется примерно следующее:
«Я хочу увидеть четвертую звезду,
сияющую на нашей футболке.
Я аргентинец с колыбели
и до самого гроба.
За Мальвины, за Диего,
за последний кубок Лео.
Аргентина, я хочу видеть тебя двукратным чемпионом».
Для аргентинцев этот текст не требует расшифровки, но пояснить всё-таки стоит. Мальвины — аргентинское название Фолклендских островов, ставших предметом военного конфликта с Великобританией в 1982 году. Проигрыш в этой войне до сих пор остается незаживающей раной аргентинского общества — болью, которой охотно манипулируют политики из самых разных лагерей.
Диего — это Марадона. Он мог бы привести Аргентину ко второму подряд чемпионству в Италии в 1990-м, но в финале сборная проиграла ФРГ из-за спорного пенальти, назначенного в конце матча. В фанатской версии истории тот кубок у Аргентины украли.
Теперь Месси должен вернуться из Северной Америки не просто с Кубком мира, а с исторической компенсацией — за Мальвины/Фолкленды, за слезы Марадоны в финале ЧМ-1990 и за все те поражения, которые в аргентинской коллективной памяти превратились в национальные травмы. Если Лео удастся это сделать, ему, вероятно, поставят еще один памятник — возможно, уже размером с 65-метровый столичный Обелиск.Главный тренер сборной Аргентины по футболу Диего Марадона с нападающим Лионелем Месси (слева) во время тренировки в Эсейсе, Буэнос-Айрес, 24 марта 2009 года. Фото: Juan Mabromata / AFP / Scanpix / LETA
Поколение хорошего парня
Для реваншистски настроенных поклонников аргентинского футбола, помнящих триумф сборной на Чемпионате мира 1986 года и ее трагедию в Италии в 1990-м, Лионель — достойный наследник Диего, которому предстоит «отомстить за отца».
Именно Марадона стал своего рода крестным в карьере Месси: тренировал его в сборной, вывел на ЧМ-2010, доверил капитанскую повязку и фактически публично благословил как наследника собственной «десятки». Однако в представлении болельщиков с многолетним стажем эта преемственность поднимается на уровень выше: в аргентинском футбольном пантеоне Марадона — бог-отец, а Месси — бог-сын.
Их небесная связь обыгрывается в популярной картинке, растиражированной на майках, наклейках и в сотнях интернет-мемов: это фреска Микеланджело «Сотворение Адама», перерисованная с лицами футболистов. Марадона, касаясь руки Месси, передает ему божественную искру — дар повелевать мячом.
Вместе с тем у юных аргентинцев — тех, кто сейчас собирает альбомы с наклейками и, надев бело-голубую майку с десятым номером, гоняет мяч в парках аргентинских городов, — складывается совсем другой миф об этой паре.Портрет Месси в образе аргентинского гаучо в одной из кофеен на улице Кальяо. Фото: Денис Бояринов
Однажды мой сын вернулся из школы и спросил: кто круче — Марадона или Месси? Оказалось, он поспорил с одноклассником и, не особенно вникая в детали, просто из духа противоречия — чтобы не быть как все — сказал, что Марадона. На что его аргентинский сверстник рассмеялся и ответил, что тот ничего не понимает в футболе: «Ведь Марадона пил алкоголь и принимал наркотики».
В медийном зеркале Марадона и Месси выглядят антиподами. Первый жил как рок-звезда, в режиме непрерывной саморазрушительной публичной драмы: эксцессы, вспышки агрессии, показная роскошь, связи с мафией, многочисленные романы, налоги и долги, взлеты и падения, уходы и возвращения. Скандалы сопровождают «Золотого мальчика» аргентинского футбола даже после смерти: сейчас в Буэнос-Айресе заново судят семерых человек из его медицинской команды, обвиняя их в том, что в последние дни жизни они оставили футболиста без должного ухода.
Месси, напротив, — образец трудолюбия, здоровья и устойчивого развития и в профессиональной карьере, и в личной жизни: примерный семьянин с красавицей женой и тремя детьми, без зависимостей, зато с бизнес-империей и местом в клубе спортсменов — долларовых миллиардеров.Портреты Месси и Марио Кемпеса, легендарного капитана сборной Аргентины на победном ЧМ-1978, в витрине магазина декора. Фото: Денис Бояринов
Если Марадона оставил после себя культ и нескончаемый судебный сериал, то Месси, кажется, передаст детям — причем не только своим, но и тем, кто сейчас распевает в его честь Feliz cumple, — более практичное наследство: пример того, как быть greatest of all time и при этом приходить домой вовремя.
В этом смысле ЧМ-2026 — не только последний в карьере Лео, но и момент, когда в аргентинской футбольной истории заканчивается большая важная глава. Сколько бы голов ни забил Месси на своем последнем мундиале, его наследие уже очевидно: 
где-то сейчас растут дети, которых назвали Лео, Лионель или Лионелла в честь капитана аргентинской сборной. Причем не только аргентинцы — я знаю как минимум две такие русские семьи. 
В глазах молодых звезд футбола — не только аргентинских, но и таких, как испанский нападающий Ламин Ямаль, которого 19-летний Лео когда-то младенцем купал в ванночке во время благотворительного фотопроекта, — Марадона выглядит анахронизмом, а Месси — новой ролевой моделью. Он отменил правило, по которому гению непременно должно сопутствовать саморазрушение, и доказал, что можно быть величайшим без скандала как свидетельства подлинности. Возможно, это его самая важная победа — даже важнее четвертой звезды.
Автор: Денис Бояринов, журналист, житель Буэнос-Айреса, автор телеграм-канала «Красная книга» ...