«Министр обороны — персональная проблема Зеленского»

Президент Украины Владимир Зеленский отправил в отставку правительство, в том числе и самого популярного министра — главу Минобороны Михаила Фёдорова. Есть даже версия, что ради отставки Фёдорова остальное правительство и распускали. Оба, и президент, и уволенный министр, открыто рассказали, что причиной стал конфликт между главой Минобороны и главнокомандующим ВСУ Александром Сырским. Люди в разных городах Украины вышли протестовать против такого решения. Фёдоров работал в правительстве с самого начала президентства Зеленского, Минобороны возглавлял последние полгода, с ним многие связывали последние перемены в войне Украины с Россией. На пресс-конференции экс-министр рассказал, что завершить реформы не успел. К чему приведет отставка настолько эффективного и популярного министра обороны во время войны? Как на Зеленском отразится потеря одного из ключевых членов президентской команды? Объясняет украинский политолог, руководитель Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко.
— Вы считаете, причина отставки Михаила Фёдорова — действительно его конфликт с главнокомандующим ВСУ Александром Сырским? 
— Главная причина в этом, но она шире. Противостояние у Фёдорова возникло не только с Сырским. Это, может быть, главная линия разлома, главная линия противостояния, но надо учитывать и другие факторы, повлиявшие на решение Зеленского. Значительная часть людей в его ближайшем окружении, в том числе и влиятельные фигуры в парламентской фракции «Слуг народа», поддерживали увольнение Фёдорова. Его считали источником конфликтов, генератором проблем. А это уже связано с ситуацией на рынке оружия, там жесточайшая конкуренция. Фёдоров частично касался этой проблемы, когда выступал на пресс-конференции, и, кстати, он упомянул, что некоторые парламентские деятели против него активно выступали. 
Поэтому я скажу, что на самом деле возникла широкая антифёдоровская коалиция в окружении президента. К сожалению для Фёдорова, у него не оказалось влиятельных союзников в команде Зеленского. В том числе и в военной среде.
— Фёдорова поддержал генерал Михаил Драпатый, командующий объединенными силами ВСУ.
— Пожалуй, только Драпатый, которого Фёдоров упоминал на пресс-конференции, один из молодых генералов ВСУ, и выступил в его поддержку. Но это потому, что у него тоже давний конфликт с Сырским. Думаю, после выступления Фёдорова ему уже нечего было терять. Остальные молодые генералы держат нейтралитет. Фёдорову не удалось заручиться поддержкой военных в этом конфликте. И главный драйвер этого решения Зеленского, конечно, противостояние Фёдорова с Сырским.
Для Зеленского это, конечно, и персональная проблема, и проблема государственного управления в условиях войны: руководители двух главных институций, Минобороны и Вооруженных сил, находятся в серьезном личностном конфликте.
Зеленский, кстати, сталкивался с таким еще до войны, в 2021 году, если не ошибаюсь: тогдашний глава Минобороны и командующий ВСУ тоже были в серьезном конфликте. И тогда Зеленский снял обоих. Министром обороны стал Алексей Резников, а командующим ВСУ был назначен Валерий Залужный.
— Но в условиях войны…
— Да, в условиях войны это, конечно, еще более серьезная проблема.
— Почему Зеленский сейчас не снял обоих? Только потому, что война? К Сырскому в Украине есть много претензий, в том числе и у военных.
— Не только война влияла на позицию Зеленского. По министру обороны у него, как он считал, была готовая кандидатура. Правда, этот расчет оказался ошибочным, как и вообще решение об увольнении Фёдорова. Я думаю, Зеленский недооценил все риски и негативные последствия. Но он исходил из того, что увольнение Фёдорова — это для него меньшее зло. Сырский был для него более важен, более значим. 
Тут одновременно есть много причин, назову основные. Самого Зеленского, видимо, тоже раздражала радикальность Фёдорова, его настойчивость, то, что он постоянно требовал конкретных решений, оказывал, наверное, какое-то давление на Зеленского, в том числе и в противостоянии с Сырским, жаловался на Сырского и на Генштаб. 
А Сырский избрал другую тактику. Он не вел прямого конфликта с Фёдоровым, не ставил Зеленскому ультиматумов. Он просто говорил, причем не от себя лично, а от военных: нам не нравится это и это, мы считаем это и это неправильным. То есть он не персонифицировал конфликт. Он был более удобен, более комфортен Зеленскому. 
И сам Зеленский, и его окружение воспринимали Фёдорова как слишком радикального, слишком самостоятельного в решениях, как человека, который начал масштабные перестановки, вышедшие за рамки желаемого и создавшие конфликты. А Сырский — он исполнитель, он абсолютно лоялен Зеленскому.Президент Украины Владимир Зеленский и главнокомандующий Вооруженными силами Украины Александр Сырский (слева) слушают доклад об оборонительных операциях на Добропольском направлении, Украина, 4 ноября 2025 года. Фото: Офис Президента Украины / Alamy Live News / Vida Press
— Разве Фёдоров не лоялен Зеленскому?
— Фёдоров тоже лоялен. Но Сырский лоялен абсолютно, он исполнитель, у него нет никаких политических амбиций, у него нет особой популярности. Рейтинги у него нормальные, потому что он командующий ВСУ, но особой популярности в армии, какая была у Залужного, он не имеет, в обществе тоже. 
У Фёдорова была другая репутация. Он не был, как многие пишут, конкурентом Зеленскому, рейтинги Фёдорова были меньше, чем у Зеленского, и меньше, чем у Буданова или у Залужного. Он не позиционировал себя как альтернативу Зеленскому. Даже на той самой пресс-конференции Фёдоров демонстрировал лояльность президенту. В чём тогда была проблема? Фёдорова начали воспринимать как главного реформатора в стране, как восходящую политическую звезду. А вот это уже вызывало раздражение у многих людей в команде Зеленского и ревность самого президента. А когда еще и в западной прессе началась кампания в поддержку Фёдорова и против Сырского, в частности, в The Economist, это сыграло, как это ни парадоксально, не в пользу Фёдорова, а против него.
— Зеленский воспринял это как признак собственных амбиций Фёдорова?
— Это подтвердило подозрения людей из окружения Зеленского, убеждавших президента, что Фёдоров через Запад укрепляет свои позиции, лоббирует себя на Западе. В свое время вице-премьера Александра Кубракова уволили за то, что он слишком активно выстраивал самостоятельные отношения с посольством США и с некоторыми западными партнерами; это была не единственная причина увольнения, но одна из главных. И здесь похожая история: Зеленский не терпит таких вольностей. 
На самом деле, информация об амбициях Фёдорова была преувеличением. Он сам не проводил какой-то лоббистской кампании на Западе. Да, он установил хорошие личные отношения и с главой Минобороны ФРГ Борисом Писториусом, и с другими министрами обороны в западных странах. Ему симпатизировали многие западные журналисты, в том числе и Оливер Кэрролл, автор публикаций в The Economist, это я знаю хорошо из разговоров с самим Оливером. Но для Зеленского это выглядело как некие интриги против него на Западе. Вот почему это сыграло против Фёдорова и в пользу Сырского. 
Но самое главное, что
Зеленский считает Сырского ключевым элементом в системе сдержек и противовесов в армии. 
В ВСУ появилась плеяда молодых генералов, некоторые из них с политическими амбициями, особенно Андрей Билецкий. И нужен сдерживающий фактор. В армии нужен такой «старший дядька», который будет контролировать молодых генералов, обеспечивать лояльность армии, стабильность в вооруженных силах, отсутствие конфликтов, субординацию. Эту роль прежде всего выполняет Сырский. 
Ну и, кроме того, надо учитывать, что Сырский за четыре года войны проявил себя как талантливый военачальник. Он в должности главнокомандующего два с половиной года, но за время войны он был руководителем всех успешных операций ВСУ. И это тоже аргумент в глазах Зеленского. И нынешняя позитивная ситуация в войне тоже показывает Зеленскому, что Сырский на своем месте. Это, может быть, не главная, но одна из важных причин, почему он отдал предпочтение именно Сырскому. Александр Сырский на передовой к северу от Киева, Украина, 29 марта 2022 года. Фото: Zohra Bensemra / Reuters / Scanpix / LETA
— Но Сырский ведь руководил не только успешными операциями, с ним связывают и неудачи ВСУ? Да, была, например, Киевская операция…
— Не только Киевская, вам назову основные операции. Это и Киевская, и Харьковская — его личная операция и самая успешная за время войны. Это и Курская операция.
— О ней некоторые военные аналитики говорили, что вряд ли она вообще нужна была.
— Да, ее критиковали и Кирилл Буданов, и Валерий Залужный. Но на первом этапе она была успешной, это потом проблемы возникли. И ее успех — это именно Сырский. И, кстати, Фёдоров всё это отметил на пресс-конференции, он назвал Сырского талантливым военачальником. И все отмечают, что стратегический талант у Сырского есть. Другое дело, что внутренняя атмосфера в армии, конфликты, неуставные отношения…
— И жалобы на «штурмовиков Сырского», и недавний скандал в полку «Скелi»…
— Это один из штурмовых полков, который к тому же и один из наиболее успешных. Вот такой парадокс. Он недавно освободил шесть населенных пунктов в Днепропетровской области. Но — да, это реальная проблема, которую связывают с именем Сырского. Есть и другие проблемы, и проявления коррупции в армии, и так далее. 
— И «бусификация», и проблемы с ТЦК, с которыми хотел разобраться Фёдоров.
— ТЦК подчиняются армии, это часть сухопутных сил, мобилизационные процессы курирует Генштаб, а не Минобороны. Но Зеленский воспринимает Сырского позитивно, генерал ему удобен. И, знаете, от добра добра не ищут. 
Военная ситуация на данный момент для Украины достаточно успешная, и Зеленский связывает это в значительной мере с Сырским. Он понимает, он хорошо знает, что и Фёдоров внес огромный вклад, особенно в войну беспилотников, в новые технологии войны. Но для Зеленского это был выбор из двух зол. Это не был выбор между правильным и неправильным, хорошим и плохим. Нет, это был выбор из двух зол. 
Другое дело, что менее рискованным вариантом Зеленский счел увольнение Фёдорова, и вот это была ошибка. В политическом смысле это оказался вариант гораздо более рискованный. Что, собственно, и стало очевидным вчера: и «картонковый майдан», и демарш самого Фёдорова, который поступил не так, как остальные члены команды Зеленского, которых увольняли. Они уходили пассивно, а Фёдоров пошел на демарш. Это стало для Зеленского неожиданностью. С другой стороны, и демарш Фёдорова, и «картонковый майдан» дадут противоположный эффект. 
— Противоположный чему?
— Зеленский не вернет Фёдорова. Иначе для него это будет выглядеть политическим поражением. Думаю, что он только подтвердил для себя, что Фёдоров хочет играть слишком самостоятельную роль, а в команде Зеленского главный начальник — он сам, все остальные исполнители. Вот стиль управления Зеленского.Акция протеста против ограничения автономии украинских антикоррупционных органов в Киеве, Украина, 25 июля 2025 года. Фото: Sergey Dolzhenko / EPA
— Но год назад, когда Зеленский попытался ограничить полномочия НАБУ, «картонковый майдан» как раз помог развернуть ситуацию. Почему вы считаете, что сейчас не поможет?
— Смотрите, в чём принципиальная разница между той ситуацией — и сейчас. В прошлом году не «картонковый майдан» стал главным фактором. Главным фактором стала жесткая позиция западных партнеров Украины. Вот на них «картонковый майдан» повлиял. Повлиял он и на часть команды Зеленского. Отчасти — на самого Зеленского. Зеленский побаивался политического кризиса. Тогда еще главой офиса президента был Андрей Ермак, и они с Зеленским всегда настороженно относились к протестам, пытались договариваться. Так было и в 2019, и в 2020 годах. Поэтому год назад Зеленский действовал гибко, но это во многом еще и объяснялось воздействием западных партнеров, которые четко сказали, что нельзя ограничивать полномочия НАБУ. Поэтому Зеленский решил восстановить статус-кво по НАБУ.
Сейчас ситуация совсем другая: Зеленский абсолютно не боится «картонкового майдана. Вот это я могу подчеркнуть. И это уже заметно, и люди, связанные с майданом, это тоже начинают понимать.
— То есть он больше не боится последствий? А почему?
— Потому что за год после того «картонкового майдана» Зеленский пережил три серьезных кризиса. И успешно вышел из этих кризисов, причем без рейтинговых потерь. А за последний месяц у него рейтинги даже выросли. 
Ноябрь прошлого года — это миндичгейт, серьезнейший коррупционный скандал, ударивший по рейтингу Зеленского. Он тогда потерял 10 процентов в уровне доверия. Но уже в конце ноября он рейтинг восстановил: и за счет сопротивления мирному плану Трампа, и за счет отставки Ермака. 
Увольнение Ермака — это тоже была серьезная проблема для Зеленского, многие ожидали его ослабления. Не сразу, постепенно, но он выровнял ситуацию, вернул себе контроль, 
выстроил обновленную модель управления без Ермака, продемонстрировал обновление команды — и рейтинги выросли. Хотя проблемы были серьезные. 
Ну и третий кризис — в конце апреля и начале мая: и уголовное дело против Ермака, и новая волна миндичгейта, на рейтинги это несильно, но повлияло. Однако — девятое мая, указ Зеленского о параде в Москве, вызвавший ажиотаж и в России, потом письмо Путину, успехи в войне против России. И рейтинги Зеленского выросли. 
Всё это сделало Зеленского гораздо более уверенным. Сейчас он воспринимает «картонковый майдан» не как позицию общества, а как позицию своих противников. Он знает, что имеет достаточно большую общественную поддержку, как минимум у половины населения. А те, кто вышли на майдан, это по его мнению, противники, а не общество в целом. Да, это часть общества, но та его часть, которая и раньше была против него. Именно поэтому он не пойдет на уступки. Потому что он будет воспринимать это как уступки своим противникам. 
Ну и надо понимать, что и он, и Фёдоров — люди достаточно упрямые. И Зеленский не любит проигрывать. А уступки в данном случае он будет воспринимать как проигрыш. Да, он шел на уступки в прошлом году, плюс — увольнение Ермака. Но увольнение Ермака имело примерно ту же логику, что и увольнение Фёдорова, большая часть команды тогда выступила за увольнение. Они объясняли Зеленскому, что без увольнения будут очень серьезные проблемы. А Зеленский очень ценит единство команды. Он не любит конфликтов в команде. И вот я думаю, что реальная главная причина увольнения Фёдорова — именно то, что Зеленский стал воспринимать его как источник конфликтов внутри команды. Президент Украины Владимир Зеленский и Михаил Федоров, 1 сентября 2023 года, Киев, Украина. Фото: Офис Президента Украины / Alamy Live News / Vida Press
— Фёдоров был в правительстве с 2019 года, менялись только сферы его ответственности. Какими будут для Зеленского последствия ухода такого человека из команды?
— Для Зеленского это, безусловно, болезненная утрата. С уходом Фёдорова он потеряет часть поддержки. А если Фёдоров перейдет в оппозицию, то может за собой увести и часть сторонников Зеленского. Такие потери вполне возможны. Насколько они будут велики? Посмотрим. Я не ожидаю какой-то катастрофы для Зеленского. Но, конечно, будет работать накопительный эффект, накопление проблем. Одно из возможных негативных последствий — поляризация в обществе.
Ну а со стороны военного сектора главная проблема — в нестабильности Минобороны. Тут дело не только в Фёдорове, а в том, что у нас за год происходит третья смена министра обороны. И сейчас министра обороны нет, есть только исполняющий обязанности. И причина в том, что у Зеленского нет голосов за нового министра обороны. А это ключевое ведомство и с точки зрения военных закупок, и в целом в формировании военной стратегии. Это, конечно, создает определенные риски. Пока, может быть, не самые серьезные, но потенциально эта нестабильность Минобороны может оказать некоторое негативное воздействие. 
— Негативное воздействие — на что именно? На политическое положение Зеленского или на военную ситуацию?
— На стабильность работы военного ведомства, на стабильность военных закупок, на стратегичность прежде всего. 
— То есть именно на войну?
— На войну, да. Но позитивные тенденции в войне — это не только Фёдоров. Сейчас очень много упрощений, и вот эта эмоция затмевает реальную оценку ситуации. Вновь возникает упрощенная рамка восприятия: хороший–плохой, белое–черное. Украинская политика всегда сложнее, реальная ситуация гораздо более противоречивая. 
Поэтому я еще раз обращаю ваше внимание: проблема Фёдорова была в том, что он не нашел поддержки среди военных. Контрактная реформа, которую он предложил, вызвала у военных очень большую критику. И этим, кстати, воспользовались и противники Фёдорова, и Сырский. Об этом Фёдоров тоже сказал пресс-конференции. 
Ситуация на фронте — это результат позитивных изменений, начавшихся еще в прошлом году.
Решающий вклад Фёдорова в том, что он был одним из главных драйверов в программе беспилотников. Еще даже до прихода в Минобороны. Но этот процесс будет продолжаться и без Фёдорова, 
это уже запущено, это все понимают. 
Фёдоров пытался навести порядок на рынке оружия, и это ему не удалось в полной мере, здесь проблемы могут остаться. Поэтому, безусловно, негативные последствия могут быть, но я не ожидаю последствий катастрофических, потому что позитивные тенденции были обусловлены не только Фёдоровым.
— Я увидела новость, кажется, больше в российских источниках, что СБУ и НАБУ готовятся предъявить Фёдорову подозрение: якобы он получал какие-то доходы от нелегальных колл-центров. Это что такое?
— Ну послушайте… В свое время то же самое говорили и об уголовном деле против Залужного, он проходил как свидетель по двум уголовным делам, но никаких обвинений в его адрес не выдвигалось.
Это пишет депутат Даниил Гетманцев, влиятельный человек во фракции «Слуга народа», он ведет давнюю войну с Фёдоровым, в том числе и за влияние в президентской команде. Нет, я не видел никакой реальной информации об уголовных делах. И сейчас это была бы самая большая глупость — начинать какое-то уголовное дело против Фёдорова. 
Да, были попытки, и это признавал сам Фёдоров, уголовных дел против людей из его команды. Он говорил, что будет бороться за этих людей. Но уголовного дела против самого Фёдорова никогда не было.
— Закупки в Минобороны при Фёдорове становились понятными и прозрачными для самих военных, люди стали получать именно то, что им требуется. Но до конца систему он не поменял. Что с ней дальше будет?
— Еще раз: Агентство оборонных закупок было создано до Фёдорова. Оно переживало серьезные конфликты. Фёдоров попытался — попытался! — навести порядок. Он инициировал целый ряд позитивных тенденций в закупках вооружения, об этом он рассказал на пресс-конференции. Но сказать, что ситуация кардинально изменилась, нельзя. И это признал сам Фёдоров на пресс-конференции. Пресс-конференция Михаила Федорова после его увольнения с должности министра обороны, Киев, Украина, 16 июля 2026 года. Фото: Anadolu / Abaca Press / ddp images / Vida Press
— Правильно, он так и сказал: мы не успели. И что теперь?
— Не надо думать, что всё здесь черно-белое. Ситуация более сложная. Фёдоров проиграл в аппаратной войне. Именно в аппаратной войне. Вот в общественной войне, а скорее в информационной, он выигрывает. Но в аппаратной войне он проиграл. В том числе потому, что у него не оказалось сильных союзников в команде президента и среди военных. Он говорил, что ему, как это ни парадоксально, не удалось найти достаточного числа сильных и влиятельных союзников среди военных. И это одна из причин его поражения в противостоянии с Сырским. 
— И при этом в нашем разговоре вы несколько раз сказали, что со стороны Зеленского увольнение Фёдорова — это ошибка. Почему?
— Зеленский недооценил негативных последствий отставки Фёдорова. Он думал: ну, пошумят, критикуют — и всё. А тут — вот этот «картонковый майдан», тут проблемы, которых он абсолютно не ожидал. 
— Вы же говорите, что в команде Зеленского больше не боятся майдана?
— Да, они его уже не боятся. Главная проблема возникла, когда оказалось, что увольнение Фёдорова повлияло на парламент. В том числе частично и на фракцию «Слуга народа». Нет голосов за нового министра обороны, вот в чём сейчас главная проблема для Зеленского. Вся схема, вся комбинация провалилась. Игорь Клименко отказался, он, судя по всему, побоялся провала при голосовании. Видимо, он, кроме того, опасается, что от него будут требовать эффективной мобилизации, а сейчас ее никто не сможет провести, неважно, Фёдоров это, Клименко или Евгений Хмара. Владимир Зеленский и Игорь Клименко на месте падения российской ракеты по жилому дому в Киеве, Украина, 29 августа 2025 года. Фото: Офис Президента Украины / Alamy Live News / Vida Press
Ошибка была в том, что эта ситуация создала конфликт в парламенте и в обществе. Это может выбить из команды Зеленского одну из самых перспективных фигур, причем фигуру важную. Фёдоров рассматривался как потенциальный начальник избирательного штаба Зеленского и как фронтмен будущего партийного списка. А теперь он может оказаться в оппозиции, а это может привести к тому, что Зеленский потеряет часть сторонников, у него появится еще один очень серьезный оппонент. Пока не появился, но может появиться. Вот в этом ошибка. 
Ну и еще одна проблема — это, скажем так, возобновление хаотических тенденций в работе Минобороны и на рынке оружия.
— Был ли у Зеленского вариант уволить, наоборот, генерала Сырского? Это было бы меньшей ошибкой или еще большей?
— Это могла бы показать только практика. Но я думаю, что у Зеленского нет замены Сырскому. Он не хочет менять Сырского на кого-то из молодых генералов, это был бы риск повторения ситуации, которая возникала у него в отношениях с Залужным. Молодых генералов он боится гораздо больше, потому что у некоторых из них есть политические амбиции, и они этого не скрывают. Если в роли нового командующего ВСУ появится такой же человек, как Фёдоров, с амбициями, с настойчивостью, с требованиями, это будет другой центр власти. Для Зеленского это абсолютно неприемлемо. 
— А для Украины это было бы лучше или хуже? Для ситуации на войне?
— А если бы возник раскол? Или военный переворот? Здесь, понимаете, не может быть сослагательного наклонения. Каждый будет придумывать свою версию, свою схему, что было бы лучше для Украины. Да, сейчас говорят: «Вова выбрал совок». И прочее. Ну, слушайте, это упрощение. В украинской армии есть одновременно и совок, и абсолютно новые технологии, и добровольческое движение, и очень хорошие примеры системной организации воинских подразделений по-новому. Тут, кстати, Билецкий показал хорошие результаты. 
— Тот самый, которого Фёдоров предлагал как одного из кандидатов в главнокомандующие?
— С другой стороны, надо понимать, что Билецкий — это откровенный националист, и у него не очень хорошая репутация на Западе. 
— А тут еще конфликт с Польшей.
— Вот именно. То есть тут нет идеального варианта. Это был бы потенциальный новый конфликт, которого Зеленский явно не хочет. 
И опять-таки надо учитывать: Зеленский выстраивает модель управления, оптимальную для себя. Это модель единоначалия. В условиях войны она в принципе оптимальна, как бы мы ни относились к Зеленскому. 
— Отношения между Зеленским и Фёдоровым испорчены окончательно? Или у Фёдорова есть шанс остаться в команде?
— По состоянию на вчера было видно, что Фёдоров пока не хочет окончательного разрыва. Он надеялся, что путем такого давления, активной позиции убедит Зеленского пойти на уступки. И я, и ряд других наблюдателей думаем, что будет наоборот. 
— Наоборот — это как?
— То, что случилось вчера, для Зеленского — демарш, фактически разрыв. Фёдоров думает, что он таким образом повлияет на Зеленского, но он, я думаю, не учитывает:
Зеленский не любит, когда на него оказывают давление. Иногда он вынужден это принимать, как было с отставкой Ермака или с НАБУ в прошлом году, но так бывает только тогда, когда он другого варианта не видит.
А сейчас он себя чувствует более сильным, более уверенным, чем год назад. И, видимо, его отношение к Фёдорову изменилось не в лучшую сторону. 
Психологически разрыв между ними, наверное, уже произошел. Рационально Зеленский всё это понимает, и он, видимо, хотел сохранить Фёдорова, предлагал ему роль советника. Это его традиционная модель: тебя как бы переводят на вторые роли, ты остаешься в команде, но без особого влияния. Фёдорова это не устраивает, он хочет активной роли. Но то, что он предлагает со своей стороны, фактически свое возвращение на пост министра обороны плюс отставка Сырского, для Зеленского неприемлемо. Поэтому, я думаю, компромисса между ними не будет. А вот Фёдоров оказывается теперь перед выбором, что делать дальше.Михаил Федоров на пресс-конферецнии после увольнения, Киев, Украина, 16 июля 2026 года. Фото: Ukrinform / Shutterstock / Rex Features / Vida Press
— Раньше у Фёдорова, как вы сами сказали, политических амбиций не было. Теперь он станет самостоятельной политической фигурой?
— Он был потенциально политической фигурой. Миф о Фёдорове как наиболее успешном реформаторе уже начинал формироваться. Сейчас многие вспоминают пример президента Виктора Ющенко: он не хотел идти в политику, его выдавили из правительства, и он стал центром формирования новой оппозиции. Нечто подобное может произойти и с Фёдоровым. Он показал себя бойцом, сильным лидером, поэтому тут вопрос в его самоопределении. Если он будет готов к разрыву с Зеленским, если определится со своей дальнейшей стратегией, то у нас появится новый сильный оппозиционер.
— И потенциально четвертый кандидат на будущих президентских выборах?
— Тут дело даже не в потенциальных кандидатах. Может быть, если рейтинги будут достаточно высокими, появится еще один фаворит. Но для начала ему надо будет сформировать хотя бы свое общественное движение. В принципе, нынешняя ситуация дает для этого предпосылки. 
Раньше Фёдорова планировали сделать одним из главных лиц обновленной партии Зеленского. Его и Буданова. Для Зеленского это было бы оптимальным вариантом. Неизвестно, что будет дальше с Будановым, но кто теперь возглавит партийный список у Зеленского — этого я просто сейчас не представляю. Только Буданов, если согласится. А так — нет популярных фигур, которые вызывали бы, скажем так, позитивные оценки, которые формировали бы обновленной партии позитивный имидж. И в перспективе это тоже проблема. Зеленский, конечно, привык, чтобы главным рейтингоносителем был только он сам. Это работает на президентских выборах, но в логике парламентских выборов это очень сильно ослабляет позиции Зеленского. ...