TASS English
기타
정치
Son of Lukoil founder tops Forbes ranking of richest heirs of Russian billionaires
Vagit Alekperov's inheritance amounts to $29.5 billion
🇷🇺 러시아 · "FORBES" · 총 6건
필터 보기현재 지수
50.0
0 = 부정 우세
50 = 중립
100 = 긍정 우세
최근 7일 기준 1,613건을 분석한 결과, 뉴스 심리지수는 50.0(균형)입니다. 긍정 0건(0.0%)·중립 1,613건(100.0%)·부정 0건(0.0%)이며, 중립 비중이 뚜렷하게 높습니다. 성향 지수는 종합 0.0(중도 균형)입니다.
Vagit Alekperov's inheritance amounts to $29.5 billion
Украинская армия с 2022 года нанесла около 3400 ударов по российским промышленным предприятиям и инфраструктуре, подсчитала «Новая-Европа». Чаще всего бьют по электроэнергетике, нефтяным предприятиям, ВПК и агропрому. Бомбежки пока не ослабили военную мощь России, но уже стали одним из факторов замедления экономики. Густой дым над нефтезаводом в Рязанской области после атаки беспилотника, 13 марта 2024 года. Фото: Александр Рюмин / ТАСС / Profimedia. В 2000–2010 годы Кремль решил сделать государственную «Роснефть» крупнейшим в мире нефтедобытчиком, отдав ей самые большие частные месторождения и НПЗ, — в том числе и те, которые отобрали у Михаила Ходорковского. А после начала полномасштабного вторжения России в Украину «Роснефть» стала компанией, которая сильнее всех пострадала от украинских бомбардировок. На основе обновляемой карты обстрелов «Новая газета Европа» насчитала около 3400 ударов украинской армии по российским предприятиям и инфраструктуре. По нашим данным, из отраслей больше всех пострадали объекты электроэнергетической инфраструктуры: „ суммарно по ним били около 1000 раз, причем чаще всего — более 650 раз — дроны попадали по линиям электропередач. На втором месте — нефтегазовая инфраструктура, более 700 ударов. На третьем — военные предприятия и базы, по которым мы насчитали около 450 ударов. От ВПК лишь чуть-чуть отстают агрофирмы и производители продуктов питания, по которым ВСУ попадали почти 400 раз. Украинские дроны не менее 71 раза наносили по удары по предприятиям «Роснефти» — это в разы чаще, чем по другим компаниям. Крупнейшему нефтедобытчику и одному из самых больших налогоплательщиков страны досталось сильнее других, потому что у него больше всего нефтеперерабатывающих заводов. А именно в них целятся ВСУ, цель которых — создать дефицит топлива в России («Новая-Европа» подробно писала об этом). Хотя бы раз пострадали 10 из 13 НПЗ — все предприятия, которые расположены в европейской части страны. На втором месте из пострадавших — тоже нефтяная компания, частный «Лукойл», 28 ударов по двум НПЗ в Волгограде и под Нижним Новгородом, а также по АЗС. На третьем месте — трубопроводная монополия «Транснефть», которая отвечает за нефтеэкспортную инфраструктуру. Мы насчитали 26 атак по ее объектам, включая восемь атак по перекачивающим станциям нефтепровода «Дружба» (это единственная еще работающая магистраль, которая качает нефть в Европу) и пять по порту Приморск — ключевому терминалу на Балтике по отгрузке сырья на мировые рынки. Почти такое же число атак, как на «Лукойл» и «Транснефть», мы насчитали по объектам агропромышленного холдинга «Мираторг» (24 воздушных удара), многие подразделения которого находятся в прифронтовой Брянской области. Это атаки не только на фермы и производства, но и на служебный транспорт и магазины. В ангарах и других сельхозпостройках удобно прятать военную технику, поэтому обе стороны часто бьют по таким объектам, объяснил «Новой-Европа» аналитик Conflict Intelligence Team (CIT), который попросил не называть его имя. «Не всегда проводят перед этим разведку, так что тут вряд ли цель именно производство продуктов», — говорит он. По сообщениям в каналах губернаторов и медиа мы подсчитали, что при обстрелах промышленных предприятий и объектов инфраструктуры с начала войны и по 11 мая 2026 года были убиты не менее 135 мирных жителей. Тактика «тысячи порезов» Российская экономика в первом квартале 2026 года упала на 0,2%, и в обновленном макропрогнозе на год правительство не ждет роста («Новая-Европа» подробно об этом писала). И бомбардировки предприятий уже внесли вклад в приближение рецессии — именно так считает ЦБ. Для описания этого регулятор продемонстрировал мастерство в использовании чиновничьего новояза: «В ряде отраслей сохраняется неопределенность относительно масштабов временного выбытия производственных мощностей, что может несколько сдержать восстановление экономической активности». Других комментариев ЦБ не дает. Эксперты говорят, что точно подсчитать суммарный макроэкономический эффект бомбардировок пока сложно. «Оценки макроэффектов затруднены тем, что у каждого удара разная степень ущерба и соответственно скорость последующего восстановления. Но в любом случае, после любой атаки есть элемент упущенных возможностей выпуска и отвлечения ресурсов на ремонт», — сказал «Новой-Европа» экономист западного банка. «Каждый конкретный удар — это часть “тактики тысячи порезов”: ущерб накапливается, издержки растут, мотивация к труду снижается», — вторит ему военный эксперт Павел Лузин. Он перечисляет последствия: например, расходы на ремонт и наладку оборудования, снижение залоговой стоимости имущества, под которое предприятия берут кредиты. Обстрелы заставляют людей покидать те регионы, где чаще случаются воздушные атаки, что обостряет нехватку рабочих рук, а сотрудники, остающиеся под обстрелами, работают хуже, в режиме «итальянской забастовки», добавляет Лузин. Электроэнергетика Чаще всего воздушные удары разрушают трансформаторные подстанции и линии электропередач. Такие удары наиболее чувствительны как для мирного населения, так и для промышленности тех населенных пунктов, по которым бьют дроны и ракеты: в результате сотни тысяч человек и десятки предприятий остаются без света и воды. Именно это последние месяцы регулярно происходит в прифронтовых регионах, чаще всего — в Белгородской области, на которую пришлось более 600 ударов по объектам энергетики, почти 60% от всех бомбардировок этой отрасли. В лидерах также Курская (более 100 ударов) и Брянская области (более 60 ударов). Жилые дома в Белгороде во время отключения электроэнергии, вызванного ракетным ударом, 3 февраля 2026 года. Фото: Reuters / Scanpix / LETA. Дроны поражают не только линии электропередач и трансформаторы, но и электростанции. И здесь больше всего пострадал Белгород. Пять раз обстрелы выводили из строя ТЭЦ «Луч» в Белгороде, еще четыре раза бомбили Белгородскую ТЭЦ. В результате на этих двух белгородских электростанциях весной 2026 года были выведены из строя четыре турбины из четырех и не осталось ни одного целого котла для нагрева воды, в результате чего один блэкаут в городе сменял другой. Пять раз от бомбежек страдала Орловская ТЭЦ, по несколько ударов были нанесены по по генерирующим мощностям других прифронтовых городов: Ростова-на-Дону и Брянска. Разрушение линий электропередач — это скорее сопутствующий урон при обстрелах, а вот под подстанциям бьют прицельно: чаще всего это ответные удары после российских бомбардировок украинской энергетики, сказал «Новой-Европа» аналитик Conflict Intelligence Team (CIT). Для российской экономики в целом и для общего военного потенциала РФ ущерб от таких ударов минимальный: бомбардировки обычно разрушают подстанции низкой мощности, питающие небольшие населенные пункты, говорит эксперт. Крупные отключения после атак по России весь 2026 год происходят только в Белгороде. „ Например, после последнего ракетного удара 25 мая местная администрация сообщила, что более 35 тысяч человек остались без света и воды. Нефтепродукты С марта 2026 года ВСУ возобновили регулярные обстрелы крупнейших НПЗ. В результате полностью или частично прекратили работу девять заводов, были остановлены мощности, которые производят примерно шестую часть бензина в России («Новая-Европа» подробно об этом писала). Наши источники на топливном рынке говорят, что удары создали дефицит бензина. «Но с точки зрения влияния именно на войну эффекта мы не видим», — сказал нам аналитик CIT. Армия в основном использует дизельное топливо, а Россия производит его почти вдвое больше, чем нужно, экспортируя излишки. «Поэтому, чтобы появилась какая-то нехватка горючего на фронте, эффект от ударов должен в разы увеличиться», — добавил он. Впрочем, после того как почти все крупнейшие НПЗ в европейской части России остановлены, власти начали обсуждать возможные ограничения экспорта дизельного топлива, чтобы дефицит ни в коем случае не коснулся военных, а также агропромышленников, которые тоже работают на этом виде топлива. Сотрудник полиции в оцеплении возле горящего нефтеперерабатывающего завода в Рязани, 13 марта 2024 года. Фото: Александр Рюмин / ТАСС / Profimedia. По нашим подсчетам, больше всего досталось двум НПЗ «Роснефти» — одному из крупнейших в России Рязанскому (11 ударов), который важен для топливообеспечения Москвы, также работающим на рынок столицы Ярославскому (10 ударов), а еще Новокуйбышевскому и Сызранскому (по девять ударов). В целом же у «Роснефти» бомбили 10 из 13 НПЗ (мы считаем и совместный завод «Янос» в Ярославле, который принадлежит «Роснефти» и «Газпромнефти») — все предприятия, которые расположены в европейской части России. На НПЗ «Лукойла» под Нижним Новгородом дроны прилетали девять раз, а завод в Волгограде бомбили восемь раз; они тоже относятся к числу крупнейших заводов по выпуску топлива. Еще один огромный НПЗ, стратегически важный как для экспорта, так и для обеспечения топливом Санкт-Петербурга и Северо-Запада России, — Киришский — остановил работу после бомбардировки 5 мая. Для владельца завода, «Сургутнефтегаза», удар по Киришам означает временную потерю 100% переработки — у компании всего один НПЗ, по которому, по нашим подсчетам, дроны в общей сложности били не менее шести раз, начиная с 2024 года. И это после того, как в 2000–2010 году завод фактически был построен заново: «Сургутнефтегаз» поэтапно вложил в его полную модернизацию около 120 млрд рублей. Это была одна из крупнейших инвестиционных программ в производстве топлива в России. После ее завершения завод стал выпускать нефтепродукты более глубокой переработки, на которые высокий спрос на мировом рынке. А ВСУ как раз и ставят своей целью лишить российскую нефтянку экспортных доходов. Из заводов, не входящих в состав вертикально-интегрированных нефтяных компаний, чаще всего мишенью становились предприятия, расположенные недалеко от линии фронта: Новошахтинский НПЗ в Ростовской области (10 ударов), а также три НПЗ в Краснодарском крае — Славянский (восемь атак), Ильский (семь атак) и Афипский (шесть атак). Три последних завода ориентированы на экспорт, а ВСУ стремятся сократить поставки нефтепродуктов из России на внешние рынки. Пожарный автомобиль на парковке в Туапсе на фоне задымления от пожара на нефтебазе, Краснодарский край, 21 апреля 2026 года. Фото: Борис Морозов / Спутник / Imago Images / Scanpix / LETA. Военная и химическая промышленность Из предприятий ВПК ударам чаще всего подвергался Редкинский опытный завод в Тверской области — важный производитель компонентов для топлива ракет, которые летят в украинские города. А также Смоленский авиазавод, который строит ракеты Х-59, и Тамбовский пороховой завод. Мы насчитали по пять атак по каждому из этих предприятий. Кроме них, украинская армия смогла нанести несколько отдельных ударов по критическим производствам, перебои в работе которых очень болезненны для ВПК, говорит аналитик CIT. Прежде всего это февральская бомбардировка Воткинского завода в Удмуртии — он строит межконтинентальные баллистические ракеты «Ярс», баллистические ракеты для подводных лодок «Булава» и тактические баллистические ракеты «Искандер». А также ракетные удары по производителям электроники «ВНИИР-Прогресс» в Чебоксарах и «Кремний Эл» в Брянске в марте и мае этого года. Как объяснил нам аналитик CIT, для стратегически важных производителей военной продукции количество атак не важно — даже одно удачное попадание может дать большой эффект. При этом CIT пока еще не собрал достаточно данных, чтобы оценить последствия ударов по Воткинскому заводу и «Кремний Эл». «Но важно понимать, что оборонно-промышленный комплекс строится с расчетом на потенциальные атаки, поэтому там все довольно капитально сделано. Соответственно, дроном большой урон зачастую не нанести. Даже если будет пять попаданий, на производстве это может не отразиться», — сказал аналитик. Другое дело — ракеты, добавил он. И хотя их у Украины пока мало, число ракетных атак в первом квартале 2026-го выросло по сравнению с последним кварталом 2025-го примерно в два раза. А кроме того, увеличился радиус действия. „ Составленная «Новой-Европа» карта обстрелов показывает, что украинские ракеты впервые начали достигать целей в восточных регионах европейской части России: в Чувашии, Мордовии, Самарской и Оренбургской областях. Военными соображениями объясняется и то, что ВСУ почти 100 раз выбирали целями химические заводы. «Тут основной фокус на предприятиях азотной промышленности, поскольку соединения азота — незаменимые компоненты взрывчатых веществ и ракетных топлив», — говорит эксперт CIT. Это, например, завод «Азот» в Тульской области (три атаки) и комбинат с тем же названием в Невинномысске Ставропольского края (семь ударов) — последний раз его атаковали в ночь на 20 мая. Оба входят в концерн «Еврохим», основатель которого миллиардер Андрей Мельниченко оказался одним из немногих участников российского списка Forbes, критиковавших нападение на Украину. По предприятиям «Еврохима» в общем сложности ВСУ били 11 раз (включая «Еврохим — Белореченские Минудобрения»). При этом, хотя ударов по химзаводам было много, о нехватке взрывчатых веществ в армии пока неизвестно, добавляет эксперт CIT: «В этой сфере всё строится с учетом рисков: обваловки, разнос объектов на большой площади».
В конце марта и начале апреля Дагестан пережил два наводнения подряд. Тогда в республике погибли по меньшей мере шесть человек, были затоплены и разрушены тысячи домов, дорог и мостов, а без света оставались сотни тысяч жителей. После этого федеральные и региональные власти обещали выплатить компенсации пострадавшим, восстановить дома, а также заявляли, что возьмут ситуацию под «особый контроль». Но к концу мая на Северный Кавказ пришла новая волна ливней, и оказалось, что регион встречает ее с теми же проблемами. В Ингушетии после дождей экскаватором разрыли главную дорогу через село Троицкое, чтобы вывести воду из затопленных домов. В Дагестане угроза снова пришла в село Ново-Цилитли, которое после мартовского наводнения так и не успело восстановиться. В Чечне и Карачаево-Черкесии из-за паводков и селевых потоков погибли два человека. «Новая газета Европа» рассказывает, как Северный Кавказ снова оказался не готов к обильным осадкам. Фото: телеграм-канал администрации Сунженского района Ингушетии. Ингушетия В Ингушетии сильнее всего от ливней, которые начались 25 мая, пострадали село Троицкое и город Карабулак. По данным МЧС и региональных властей, в Троицком были подтоплены 22 дома и 48 придомовых территорий, оттуда эвакуировали 75 человек, в том числе 30 детей. В Карабулаке вода зашла в 19 домов и 84 двора. Некоторые жители отказались от эвакуации в пункты временного размещения и уехали к родственникам. На официальных видео, которые публиковали правительство Ингушетии и администрация Сунженского района, видно, как улицы Троицкого залиты мутной водой, а местных жителей забирают на армейских грузовиках с буквами Z и пожарных машинах. Власти решили отвести воду из домов, прорыв траншею на Шоссейной улице. Из-за образовавшейся ямы на главной улице Троицкого всё село оказалось отрезано от аэропорта и соседнего города. Когда вода уже вошла в дома, систему водоотведения решили создавать экскаватором прямо посреди дороги. Ингушские власти затем отчитались, что уровень воды начал снижаться, а погибших в республике нет. Прокуратура открыла горячую линию для пострадавших. Глава республики Махмуд-Али Калиматов провел совещание по ликвидации последствий паводка и заявил, что нужно не только устранять последствия, но и «разбираться в причинах», в том числе в состоянии водоотводной инфраструктуры и возможных нарушениях при застройке. Но это совещание прошло только спустя сутки после начала затоплений. «Фортанга» отдельно обращала внимание, что в первый день паводка ни сам Калиматов, ни другие высокопоставленные чиновники не заявляли о посещении пострадавших территорий. Фото: телеграм-канал администрации Сунженского района Ингушетии. Житель села Троицкое Зураб Г. рассказал «Новой-Европа», что проблема с подтоплением домов после сильных дождей существует уже несколько лет, местные жители обращаются к властям, но те никак не реагируют. Дом Зураба затопило, и даже после откачки воды жить в нём невозможно: стены отсырели, полы придется менять, часть мебели испорчена. Будут ли помогать с ремонтом власти, до сих пор непонятно. О прямых компенсациях пострадавшим от майского паводка власти Ингушетии пока публично не говорили. В Экажево чиновники только сейчас обещают начать строительство ливневой канализации на участке, который затапливает регулярно. Еще в апреле чиновники объясняли, что строительство ливневки на этом участке затруднено из-за инженерных коммуникаций. Но после нового паводка проект назвали «срочным». Дагестан В Дагестане вновь под угрозой оказалось село Ново-Цилитли в Хасавюртовском районе. В конце марта оно уже попало в зону одного из самых тяжелых паводков весны. Тогда жители вывозили семьи на тракторах и грузовиках, вытаскивали из воды скот, а сами местные говорили, что помощи от властей почти не было и всё держалось на соседях, волонтерах и блогерах. Ранее издание «Ветер» уже рассказывало, что изначально дагестанские власти даже не включили Ново-Цилитли в список пострадавших сёл, из-за чего первые дни туда не приезжали даже спасательные службы. Людей, дома и скот жители спасали сами. — Даже если вы просто посмотрите видео из Дагестана, там везде помощь оказывают волонтеры, обычные люди. А где власти? До нас они так и не добрались: я сначала свою семью вывозил, потом семьи соседей, потом скот, — рассказывал тогда житель Ново-Цилитли. В ночь на 26 мая вода в реке Акташ снова вышла за пределы русла. Местные паблики и телеграм-каналы начали писать об угрозе нового подтопления и о том, что женщины и дети уезжают из села. „ МЧС Дагестана публично опровергло сообщения о «сильных подтоплениях», заявив, что серьезной угрозы нет, а официальной эвакуации не проводилось. Ведомство отдельно подчеркивало, что жители выезжали сами, чтобы «перестраховаться». Вокруг села вновь быстро начала собираться горизонтальная помощь. Представители дагестанского муфтията сообщали о приезде в Ново-Цилитли для поддержки жителей, в местных каналах публиковали сборы воды, продуктов и одежды. После весеннего потопа в Дагестане эксперты уже подробно разбирали причины катастрофы. Forbes писал, что мартовские осадки в Махачкале в четыре раза превысили средние показатели, а Росгидромет еще в 2017 году предупреждал о росте климатических рисков на Северном Кавказе: паводков, селей и оползней. Но, как подчеркивали опрошенные изданием специалисты, разрушительные последствия были связаны не только с погодой. В Махачкале и ее пригородах годами разрушалась старая система отвода воды, засыпались канавы и водоотводы, застраивались русла малых рек, а город рос быстрее, чем развивалась его инженерная инфраструктура. Похожая проблема есть и в Ингушетии. В Экажево местные жители говорили, что раньше вода уходила в реку по дренажной системе, но потом участок оказался застроен коммерческими объектами. Работы по водоотведению в селе Троицкое, 26 мая 2026 года. Фото: телеграм-канал администрации Сунженского района Ингушетии. Чечня и Карачаево-Черкесия В Карачаево-Черкесии, в селе Светлое, трое мужчин пытались переехать на жигулях затопленный мост через реку Овечка. Автомобиль заглох прямо в воде. Один из мужчин вышел из салона, и его унесло течением. По данным региональных властей, погибший был жителем села Светлое 1982 года рождения. Двух других пассажиров удалось спасти. В Чечне, в Итум-Калинском районе, после сильных дождей сошел сель. В районе хутора Терти под завалом оказались два человека, которые занимались расчисткой дороги. Их искали два дня. Как сообщил глава района Альберт Рабуев, одного из пропавших нашли живым и доставили в больницу, второго спасти не удалось. В Чечне майские дожди тоже ударили по инфраструктуре. Из-за селя временно перекрывали участок федеральной трассы Р-217 «Кавказ» возле села Кокадой. „ В Шалинском районе река Джалка вышла из берегов в Мескер-Юрте, вода зашла в 45 дворов, восемь домов оказались полностью подтоплены. В районе Агишты были эвакуированы около 20 семей. На фоне новых паводков Чечня выглядит для жителей соседних республик примером того, как власти могут реагировать после наводнения. Уже в конце марта Рамзан Кадыров объявил о строительстве 100 домов для наиболее пострадавших семей. В апреле и начале мая власти сообщали уже о 127, а затем о 143 домах, построенных в Новом Беное и Гудермесе. 8 мая эти дома торжественно открыли, ключи получили семьи, потерявшие жилье из-за паводков и оползней. По сообщениям чеченских властей, новый жилой массив возвели в рекордные сроки: меньше, чем за полтора месяца. В поселке теперь типовые дома с мебелью, коммуникациями и базовой инфраструктурой. По словам источника «Новой-Европа», знакомого с предпринимателем и ингушским миллиардером Микаилом Гуцериевым, поселок для пострадавших построили за его счет. В качестве благодарности, утверждает собеседник, в апреле 2026 года Рамзан Кадыров объявил о строительстве в Грозном медресе в честь матери бизнесмена Марем Ахильговой. Однако, как писал «Кавказский узел», несмотря на быстро построенные 143 дома для примерно 800 человек, жители Чечни, чье имущество было повреждено, жаловались на задержки компенсаций. Построенные для пострадавших от паводков дома в Чечне. Фото: телеграм-канал Рамзана Кадырова. Выплаты в других регионах После мартовского наводнения власти Дагестана объявили стандартные выплаты: 15 675 рублей единовременной помощи на человека, 78 735 рублей за частичную утрату имущества первой необходимости и 156 750 рублей за полную. Также обещали 313 500 рублей при легком вреде здоровью, 627 тысяч — при тяжком или средней тяжести вреде, а семьям погибших — 1,567 млн рублей. Эти суммы жители называли несоразмерными масштабу потерь. Отдельной проблемой стала скорость выплат. „ По данным «Кавказского узла», к началу мая в Дагестане подали 248 845 заявлений на помощь, но выплачено было только 10 900, то есть чуть больше 4%. Позже врио главы республики Фёдор Щукин сообщал, что выплаты получили уже более 26 тысяч человек. Минтруда Дагестана в апреле отчитывалось сначала о 688, затем о 3 660 получателях. В пяти пострадавших районах в середине мая не было ни одной выплаты. Помощь Дагестану в итоге собирали через фонды. Благотворительный фонд «Надежда» сообщал о более чем миллиарде рублей, собранных на поддержку пострадавших. The Moscow Times писал, что к помощи подключились частный бизнес, сервисы ремонта, кафе, благотворительные платформы и известные дагестанцы. Блогер Хасбулла Магомедов приезжал в Мамедкалу и, по сообщениям СМИ, передал 1,2 млн рублей в пользу одного из сборов. Блогер Михаил Литвин отправил 2 млн рублей через Tooba и еще 500 тысяч рублей на ремонт техники. В Ингушетии люди тоже в основном не верят в государственную поддержку. Те, чьи дома оказались затоплены, расселяются по родственникам.
Суд Международного финансового центра «Астана» (МФЦА) в Казахстане разрешил принудительное взыскание активов компании «Газпром» в пользу украинского «Нафтогаза» на 1,4 млрд долларов. Об этом сообщила пресс-служба «Нафтогаза». Суть иска. В 2019 году «Газпром» и «Нафтогаз» заключили Соглашение об организации транспортировки природного газа через Украину. В мае 2022 года из-за боевых действий транзит газа через станцию «Сохрановка» стал невозможен. «Нафтогаз» продолжил транспортировку через пункт «Суджа», но «Газпром» отказался полностью оплачивать услуги. После этого украинская компания подала иск в арбитражный трибунал. В июне прошлого года суд в Швейцарии признал «Газпром» ответственным и обязал оплатить задолженность, проценты и расходы. В августе российский арбитражный суд запретил «Нафтогазу» исполнять решения иностранных судов против «Газпрома». В январе суд в Швейцарии отклонил апелляцию «Газпрома». Послы выигрыша в суде компания «Нафтогаз» развернула международную кампанию по взысканию активов в разных юрисдикциях. Решение суда. Суд в Казахстане обязал «Газпром» выплатить «Нафтогазу» 1,13 млрд долларов основного долга, 182 млн долларов процентов, 117 млн штрафных процентов за просрочку платежа. Также российская компания должна компенсировать арбитражные расходы в размере 4,9 млн евро и проценты. В «Газпроме» пока не комментировали решение суда. Это первый публичный случай признания этого решения в иностранной юрисдикции, пишет Forbes. Пока неизвестно, какими активами в Казахстане обладает «Газпром» и достаточно ли их для исполнения решения, отмечает «Медиазона».
Российские власти решили перенести введение дополнительной платы за VPN-трафик свыше 15 Гб в месяц. Об этом сообщают РБК и «Коммерсант» со ссылкой на источники на телеком-рынке. По словам нескольких из них, такие меры отложат до выборов в Госдуму в сентябре этого года. Перенос сроков. Изначально, как писал Forbes, Минцифры планировало ввести плату за международный трафик до 1 мая. Позже источники РБК сообщали, что дату сдвинули на 1 июня, поскольку операторам нужно заранее подготовиться к внедрению платы и провести тестовые запуски. «Коммерсант» утверждает, что сейчас все еще нет документа, в котором были бы указаны сроки введения платы и обязательства операторов. Техническая реализация. По словам собеседника «Коммерсанта», операторы до сих пор не понимают, как можно технически реализовать требование Минцифры, поскольку многие российские сервисы и сайты используют иностранные IP-адреса. «Скорее всего это выльется в техническую невозможность это сделать», — считает источник издания. Представители «большой четверки» мобильных операторов и Минцифры отказались комментировать происходящее. Контекст. О том, что Минцифры призвало мобильных операторов ввести плату за использование более 15 Гб международного трафика в месяц, Forbes сообщил в конце марта. Позднее эту информацию подтвердили «Ведомости». Глава Фонда развития цифровой экономики Герман Клименко спрогнозировал, что 1 ГБ зарубежного трафика в России может стоить $60. За последние годы власти РФ заблокировали более тысячи VPN-сервисов. С начала года в стране была ограничена работа 469 средств обход блокировок, при этом в марте не было ни одного такого случая. С 15 апреля крупные российские компании по требованию Минцифры также стали ограничивать доступ к своим интернет-ресурсам с включенным VPN. По данным экспертов RKS Global, сейчас VPN на устройствах граждан ищут 30 самых популярных в России приложений. Издание «Код Дурова» рассказало, что крупные VPN-провайдеры ожидают масштабной зачистки со стороны российских инфраструктурных компаний из-за поправок к законопроекту «Антифрод-2.0». Некоторые компании предлагают долгосрочные подписки, но это может оказаться попыткой заработать перед блокировкой.
Скоро школьники сдадут ЕГЭ и будут подавать документы в разные вузы. Что бы они ни выбрали, скорее всего, это будет уже не то образование, что четыре года назад. Теперь студентов отчисляют, а преподавателей увольняют за антивоенные взгляды, учащимся навязывают «традиционные ценности», а заодно вербуют их в армию. Одновременно с этим европейские вузы заморозили программы обмена, а сами университеты просели в рейтингах. «Новая газета Европа» выясняла, как всё это повлияло на качество высшего образования в России. Начало работы приемной комиссии в Российском университете транспорта. Фото: Кирилл Зыков / Агентство «Москва» . Вузы теряют баллы В апреле Forbes опубликовал свой ежегодный рейтинг российских вузов, в котором учитываются пять главных факторов: качество нетворкинга (под ним подразумевается общий уровень знаний абитуриентов по результатам ЕГЭ и число «олимпиадников»), репутация у работодателей, международное признание (узнаваемость вуза за рубежом и позиции в международных рейтингах), академическая среда (несколько показателей, оценивающих, в основном, квалификацию преподавателей) и «фактор Forbes» (количество выпускников в рейтинге российских миллиардеров). Пятерка лидеров в этом году выглядит так: Высшая школа экономики, Московский государственный университет имени Ломоносова, Московский физико-технический институт, Национальный исследовательский институт ИТМО в Санкт-Петербурге и Санкт-Петербургский государственный университет. По сравнению с прошлым годом пятерка «лучших» не сильно изменилась: в нее попал ИТМО, а Московский государственный технический университет имени Баумана опустился на шестое место. Более заметны качественные изменения: все вузы, по сравнению с рейтингом 2025 года, потеряли баллы. Суммарный балл МФТИ — лидера прошлого года — снизился с 86 до 72.65, ВШЭ — с 81.71 до 74.18, МГУ — с 81.01 до 72.73. Сотрудник Центра Бориса Немцова по изучению России Карлова университета (Прага) Дмитрий Дубровский в разговоре с «Новой газетой Европа» тоже обратил внимание на то, что лидеры рейтинга не меняются, хотя баллов получают всё меньше и меньше. „ — Скорее всего, результаты проседают за счет падения в международных рейтингах и падения уровня вовлеченности российского высшего образования в международный контекст, — предполагает он. В международном контексте российские вузы действительно сдают позиции. В 2025 году ни один российский вуз не попал в топ-200 мирового рейтинга университетов по научной работе, который ежегодно составляет Университет Ляйдена в Нидерландах. Лидирующий российский вуз — Московский государственный университет им. Ломоносова (МГУ) — занял лишь 227 место. Дмитрий Дубровский. Фото: cbn.ff.cuni.cz. При этом, объясняет Дмитрий Дубровский, рейтинг от Университета Ляйдена отражает научную работу университетов: он составляется на основе количества академических публикаций и их цитируемости. Если исследования цитируют — значит, их признают на международном уровне. Для российских вузов это до сих пор важно. — Вся программа The Russian Academic Excellence Project (государственный проект, запущенный в 2013 году, призванный поднять конкурентоспособность российских вузов на международном рынке. — Прим. ред.) была построена на том, что вузы должны подняться в рейтингах прежде всего за счет русскоязычных публикаций, — говорит он. — За них доплачивали, существовал огромный рынок, активно привлекали международных авторов. Эта история почти закончена. Учеба в эпоху «СВО» После начала войны в Украине российское образование изменилось, кажется, невозвратно. Студентам теперь преподают идеологический курс «Основы российской государственности», рассказывают об «СВО» и расширении НАТО. Учащихся заставляют скачивать нацмессенджер МАХ и вербуют в армию. Несогласных отчисляют и увольняют, против самых активных возбуждают уголовные дела, а студенческое самоуправление лишают автономии. Генпрокуратура признает нежелательными одну образовательную организацию за другой, а Минюст делает иноагентами преподавателей. Гуманитарные науки Количество исследований и международных проектов — один вопрос, но важно еще и их качество. По словам Дмитрия Дубровского, прежде всего страдают гуманитарные науки. — Не все, но некоторые дисциплины пали смертью храбрых: политологии нет, публичной социологии нет, прав человека нет, — говорит собеседник. Он напомнил, что многие представители гуманитарных наук покинули страну. За последние четыре года уехали около 2500 ученых — четверть из них работали в московских университетах. Показательна история экс-преподавателя НИУ ВШЭ Олега Лекманова. В 2022-м он вышел на антивоенный митинг, и его уволили так срочно, что личная страница пропала с сайта вуза, пока педагог еще дистанционно дочитывал лекции. В 2024-м его признали иноагентом. И.о. директора Института государственной службы и управления РАНХиГС Руслан Корчагин во время лекции по основам российской государственности для кадетских классов в Президентской академии, Москва, 15 марта 2024 года. Фото: Василий Кузьмичёнок / Агентство «Москва». Особенно сильно по всей гуманитарной науке страны ударил разгром Московской высшей школы социальных и экономических наук (Шанинки). Еще в 2021 году силовики возбудили уголовное дело о хищении бюджетных денег: в 2024-м бывший ректор вуза Сергей Зуев получил четыре года условно. Заодно преподавателей Шанинки стали признавать иноагентами, а в 2025-м Рособрнадзор полностью приостановил лицензию учебного заведения. Не все студенты ощущают это давление на себе. По мнению студентки факультета журналистики МГУ Анастасии (имя изменено), у них «партийная линия» не чувствуется, а декан факультета Елена Вартанова до последнего сдерживала идеологическое давление. — В других вузах и на других факультетах МГУ довольно рано появились стенды с контрактной службой (информацией о наборе на нее. — Прим. ред.), на журе — в марте этого года. Все четыре года он оставался аполитичной территорией, – считает Анастасия. Но есть другие мнения. Некоторые преподаватели и студенты журфака МГУ еще в 2022 году рассказывали The Insider, что Вартанова поначалу лавировала, а теперь «берет под козырек при любом указании свыше», что в университет зовут с лекциями пропагандистов, в факультетских СМИ цензурят острые темы, а научной работы на факультете «просто нет». Ограда с табличкой МГУ. Фото: Василий Кузьмичёнок / Агентство «Москва». В каком состоянии STEM По словам Дмитрия Дубровского, если социально-гуманитарные науки местами провалились, то в техническую сферу государство не лезет. Оценивать и то и другое в совокупности нельзя, иначе получится «шутка про среднюю температуру по больнице», подчеркивает собеседник. Преподаватель МФТИ Сергей (имя изменено) в разговоре с «Новой газетой Европа» подтвердил, что в физтех-школах и на направлениях естественных и компьютерных наук «особенного диктата» не наблюдается. Правда, уехали из страны многие преподаватели и студенты, утрачен систематический доступ к международным базам данных и есть проблемы с программным обеспечением. „ — Раньше у вузов были подписки на основные международные базы журналов — Web of Science и Scopus, теперь остается только пиратить. Что касается ПО: [потеряли доступ] ко всем нейросеткам и много чему другому. У МФТИ, к примеру, была корпоративная почта на Google гораздо удобнее «Яндекса». Давала возможность регистрироваться напрямую на разных ресурсах академического толка, — говорит Сергей. Но в остальном работа продолжается. — Нет и близко катастрофического состояния, — утверждает преподаватель. — Российское образование и наука по-прежнему очевидные флагманы на постсоветской территории. Хотя конкурировать с тем же Китаем Россия не может не последние четыре года, как война началась, а уже лет восемь, потому что у них в науке денег много, а в российской мало. Сергей говорит, что в МФТИ идеологическая накачка особо не ощущается. — Действительно начали вещать студентам, что они могут пойти в беспилотные войска, но это не системная история, — признает он. — По большому счету, это инициатива Минобороны, а дальше решение конкретного вуза. Например, в МФТИ даже плакатов о наборе в беспилотные войска нет. По его словам, российские вузы живут «не очень хорошо и не очень весело», но все плохое в образовании случилось еще лет 15 назад — сейчас тенденции просто ускорились. Корпус микроэлектроники Московского физико-технического института (МФТИ). Фото: Сергей Ведяшкин / Агентство «Москва». Международные обмены Качественную научную работу невозможно вести без сотрудничества с иностранными вузами, а это становится всё сложнее. Представитель МИД РФ Мария Захарова призвала исследователей воздержаться от поездок в Швецию для учебы и работы, а Минобрнауки рекомендует вузам и научно-исследовательским институтам в принципе согласовывать поездки в «недружественные страны». Кроме того, с 1 марта ученые обязаны получать одобрение ФСБ на любые контакты с коллегами из-за рубежа. Столкнулись вузы и с санкциями. Например, ректор МФТИ еще в 2022 году говорил, что связи со странами Европы и США «сильно сократились», хотя международное сотрудничество в целом остановиться не может. Несмотря на это, международная коллаборация у того же МГУ всё еще на высоком уровне, обратил внимание Дмитрий Дубровский. Совокупно в рейтинге Университета Ляйдена вуз занимает 194 место по этому показателю, а, например, в сфере физики — 56-е. „ — Тотальной изоляции российской науки нет, но есть ее переконфигурация к другим коллаборациям. Насколько они продуктивны — другой вопрос. Рейтингу всё равно, с кем вы коллаборируетесь, с Ираном или с Венесуэлой, — объясняет Дубровский. Сергей из МФТИ рассказал, что полноценная коллаборация с европейскими и американскими вузами невозможна, но студенческий обмен «полным ходом» идет с Китаем, который не хуже США по некоторым параметрам. — В Европу стало сложно съездить на конференцию, мне, например, не дали визу, хотя звали и были бы очень рады, — рассказывает он. — Конференции есть, личное общение я бы не сказал, что нарушено. Более того, европейцы спокойно выступают у нас на семинарах дистанционно, а российские ученые — у них,— описывает преподаватель ситуацию. Студентка МГУ Анастасия подтвердила, что зарубежные стажировки переориентировались на Азию. Про Европу она последний раз слышала в 2024 году — студенты ездили в Германию. В группе «Зарубежные стажировки для студентов журфака МГУ» мы нашли только одно предложение отправиться в европейскую страну в 2026 году: в испанский Университет Страны Басков.