🇷🇺 러시아 · "FILMS" · 총 5건
필터 보기현재 지수
50.0
0 = 부정 우세
50 = 중립
100 = 긍정 우세
최근 7일 기준 1,584건을 분석한 결과, 뉴스 심리지수는 50.0(균형)입니다. 긍정 0건(0.0%)·중립 1,584건(100.0%)·부정 0건(0.0%)이며, 중립 비중이 뚜렷하게 높습니다. 성향 지수는 종합 0.0(중도 균형)입니다.
Russia’s film industry suffers from inadequate state quality control, presidential aide and former Culture Ministry head Vladimir Medinsky said in an interview with Ekspert magazine.
Under the project, students will create scripted biopic applications
В секции особых показов Каннского кинофестиваля прошла премьера «Весны» Ростислава Кирпиченко, художественного фильма совместного производства Литвы, Франции и Эстонии, об украинцах на оккупированных российскими войсками территориях. Кинокритик Ирина Карпова побывала на ней и осталась разочарована. Фото: Matka Films / Cannes Film Festival. Мой знакомый, который после показа вместе с залом аплодировал присутствовавшим на премьере Ростиславу Кирпиченко и съемочной группе, сказал, что его аплодисменты были Украине, а не фильму. Я разделяю его слова. Всё, о чём рассказывает «Весна», — правда, но то, как она это делает, выглядит фальшиво и наигранно. В интервью изданию Baltic Film Ростислав Кирпиченко говорил, что французские и украинские расследования военных преступлений в Украине доказывают системный характер насилия, включающего изнасилования и пытки. Его фильм об этом — о ежедневном терроре, о изнасилованиях детей, о сокрытии преступлений. „ «Весна» показывает чудовищность происходящего, и для тех, кто еще не понял, что идет истребление украинского народа, фильм может эту мысль донести. К сожалению, качество фильма ближе скорее к лентам российской пропаганды, как «Крым» (2017) или «Крымский мост» (2018). Кирпиченко родился в Литве, вырос в Днепре (с 1926 до 2016 года — Днепропетровск), в юности профессионально занимался футболом, а, завершив карьеру, учился режиссуре в престижной французской киношколе La Femis. После выпуска он снял док «Ангарская, 1», работал ассистентом режиссера на «Имаго» Дени Омара Пицаева, фильме, который я не устаю рекомендовать к просмотру, и — судя по интервью и речи на премьере, — это режиссер, остро чувствующий боль Украины и желающий средствами кино внести свой вклад в борьбу с российскими захватчиками. Что же пошло не так? Произошло то же самое, что мы уже наблюдали на примере «Варенья для бабочек» Кантемира Балагова: история, которая в Нальчике была бы античной трагедией, в Нью-Джерси стала несбалансированной историей взросления. Американские актеры не смогли перевоплотиться в кабардинцев с их представлениями о иерархии и чести, но известные имена были нужны для финансирования фильма. Фото: Matka Films / Cannes Film Festival. Литва — страна-производитель «Весны»: главных героев — и русских, и украинцев, — играют литовские актеры. Для западного зрителя это, возможно, не принципиальная деталь, но натренированному уху слышно, что герои говорят на неродном языке. Но если акцент — полдела, к нему постепенно привыкаешь, то деревянные диалоги и их неестественная подача выдергивают зрителей из атмосферы происходящего кошмара, разбавляя ее кринжем. В оккупированном городе российские военные не дают родственникам убитых похоронить тела, их хранят в сарае, чтобы отправить потом в общую могилу. Отец Андрей (Кястутис Циценас) собирает имена и информацию о жертвах, а однажды помогает отчаявшемуся отцу найти убитого сына — это открывает дверцу в коридор неминуемой трагедии, касающейся уже лично отца Андрея. Кястутис Циценас специально для роли выучил украинский и русский, и его герой, особенно когда ему не надо произносить свои реплики, воплощает силу украинского духа, сдавленное страдание и несломленность. Главный садист Игорь (Цюнис Даумантас) творит с ребенком зло, списанное из «Груза 200» Алексея Балабанова, но при этом чувствует, что гниль и зло уже пожрали его, напевает «Катюшу» и отличается повадками оберштурмфюрера (которые в основном конкурсе Канн демонстрировал Ларс Айдингер в роли лионского палача Клауса Барби в свежем фильме Ласло Немеша). Фото: Matka Films / Cannes Film Festival. В интервью Кирпиченко говорил, что переживает: он празднует премьеру в Каннах, пока украинцы гибнут от российских дронов. Я понимаю его чувства: его фильм — единственный из Украины на фестивале, украинское кино сейчас на большом подъеме, оно создается руками молодых режиссеров, и из всего, что снимается в Украине, Канны отобрали спродюсированный во Франции фильм живущего во Франции режиссера. Фильм, в котором маленький украинский мальчик (Бартас Ждановичус) несколько говорит в лицо оккупантам: «Чтоб вы сдохли, фашисты», подвергая смертельной опасности родных и себя, только чтобы создать в кадре шоковый эпизод. „ За благими намерениями скрывается небрежность, будто из трагедии смонтировали кричащую заметку в прессе. Новое украинское кино — живое, сложное, со своими шероховатостями и недостатками, оно открывает нам страну и людей, проходящих через, возможно, величайшее испытание в своей истории. Поэтому вместо неудачной, к сожалению, «Весны» я лучше порекомендую вам ряд украинских фильмов: «Клондайк» Марины Эр Горбач, «Медовый месяц» Жанны Озирны, «Следы» Алисы Коваленко, «Перехваченное» Оксаны Карпович, «Когда над морем вспыхнет молния» Евы Нейман, «Редакцию» Романа Бондарчука. Смотрите украинское кино.
Вчера, 19 мая, когда до конца 79-го Каннского кинофестиваля оставалось три дня, наконец-то состоялась долгожданная премьера «Минотавра» Андрея Звягинцева. Кинокритик Ирина Карпова побывала на ней и считает, что российский режиссер в изгнании, снявший свой первый фильм с 2017 года, точно не останется без призов, и у его фильма есть все шансы получить главную награду конкурса — «Золотую пальмовую ветвь». Фото: Palace Films. «Минотавр» — первый полный метр Андрея Звягинцева, сценарий к которому он написал без своего постоянного соавтора Олега Негина. Напомню, что тандем Звягинцев-Негин создал «Изгнание» (2007), «Елену» (2011), «Левиафана» (2014) и «Нелюбовь» (2017), а сценарий прославившего Звягинцева «Возвращения» (2004, авторы — Владимир Моисеенко и Александр Новотоцкий-Власов) принес режиссеру в свое время продюсер Дмитрий Лесневский. В «Минотавре» у Звягинцева новый соавтор — Семен Ляшенко (ранее написавший книгу о творческом методе режиссера), а по большому счету их два, ведь сюжетный каркас «Минотавра» позаимствован у Клода Шаброля, это новое прочтение фильма «Неверная жена» 1969 года. Звягинцев и Ляшенко пересобирают историю таким образом, что она из очень французской становится нашей и очень родной историей образца 2022 года, времени начала частичной мобилизации на «СВО». О фильме не стоит рассуждать как о ремейке, но быстро скажу в сторону, что даже и в качестве ремейка — он удался. Фото: Palace Films. Как и всегда у Звягинцева, за камерой — волшебник Михаил Кричман, наполняющий пространство кадра чистотой и как будто прибавляющий ему воздуха. В кадре — и надо сказать за это Звягинцеву отдельное спасибо — новые для авторского российского кино лица. «Нелюбовью» Звягинцев запустил кинокарьеры невероятно популярных сегодня Марьяны Спивак и Алексея Розина, в «Елене» дал главную роль театральной актрисе Надежде Маркиной. В «Минотавре» Звягинцев отдал главные роли звезде дневных сериалов на «России-1» Дмитрию Мазурову и Ирис Лебедевой, у кого за плечами тоже работа в телепроектах. И они не подкачали. Роли второго плана Звягинцев раздал уехавшим из России из-за войны звездам — Варваре Шмыковой, Анатолию Белому, Артуру Смольянинову. В роли Москвы — Рига, и да, некоторые здания и ракурсы так похожи на московские, что отзываются легким уколом в сердце тех, кому тот город был близок. „ «Минотавр» не первый фильм, где один город выдает себя за другой, но именно на нем приходит осознание — кинематографисты в изгнании будут создавать фантомы России, чтобы говорить о ней, не имея возможности снимать дома. В противовес кинематографу «с кляпом во рту», но среди родных осин и панелек, мы получаем кинематограф уехавших — с фантомной Россией, смонтированной, как в «Минотавре», из кусочков Латвии, но с возможностью открыто говорить на табуированные в современной России темы. В дискуссии уехавших после 2022 и оставшихся часто проскальзывает тезис, что уехавшие ничего не могут сказать о происходящем в стране, их там нет, и они уже давно не чувствуют биения пульса родины. «Минотавром» Звягинцев доказывает обратное. Начало войны режиссер встретил в Германии, находясь в больнице с тяжелыми последствиями COVID-19. Сейчас он живет во Франции. Фото: Palace Films. Глеб (Дмитрий Мазуров) — бизнесмен, нувориш, владелец большого предприятия где-то не очень далеко от Москвы, имеет в жизни, кажется, все. У него чудесная красавица-жена (Ирис Лебедева), замечательный сын (Борис Кудрин), уважение внутри компании и налаженные на всех уровнях связи. Но, как и у Шаброля, забытые очки свекрови и нежеланное появление мужа во время телефонного разговора жены — и мы узнаем, что в фасаде благополучия главного героя есть трещина. Глеб поручает начальнику безопасности своей компании (Юрис Жагарс) выяснить, с кем ему изменяет жена. Ирис Лебедевой удается создать очень человечный портрет женщины, которая, пресытившись и устав от роли матери и трофейной жены, бросается с головой в адюльтер. Тем временем начинается частичная мобилизация — друзья Глеба в подпитии обсуждают судьбы родины: время тяжелое, надо переждать. Глава администрации района вызывает директоров предприятий на ковер: пришла разнарядка сверху, надо отправить на «СВО» 150 человек, от Глеба требуют четырнадцать душ. Глеб по-отечески относится к своим сотрудникам, поэтому наказывает героине Варвары Шмыковой срочно найти 14 новых водителей, крепышей с отметкой о службе в армии. 14 — число Минотавра, раз в девять лет афиняне отправляли на Крит 14 человек в качестве жертвоприношения получеловеку-полубыку и господству царя Миноса. Тем временем выясняются имя и адрес любовника жены (запомните еще одно новое имя — Юрий Завальнюк), и Глеб решает нанести ему визит. В этом месте из хроники «СВО», снятой безупречной камерой Кричмана, прорастает ядовитый цветок — из примятого изменой жены героя вдруг вылезает персонаж Патриции Хайсмит. Не совпадение ли, что Шаброль экранизировал ее роман «Крик совы»? Но у Звягинцева еще больше хайсмитовской темной энергии, чем у Шаброля, и одержимость соперником оживляет Глеба, до этого сомнамбулой передвигавшегося в узком пространстве брака, комфортного ему, но ставшего невыносимым для Галины. Фото: Palace Films. Звягинцев оставляет для саспенса ровно столько места, сколько нужно. Как поведет себя Глеб? Как поведет себя Галина? А полиция? Но, как и у Хайсмит, важна не развязка, а глубина черной дыры в груди героев и интенсивность гула неизбежности оттуда. Когда он нарастает до невыносимой степени, герои — как Глеб в «Минотавре» — начинают совершать странные эксцентричные и чаще всего чудовищные поступки, сбрасывая все маски и отдаваясь энергии чувства. „ Звягинцев показывает, что люди, развязавшие войну в Украине и отправляющие туда пачками пушечное мясо, так эгоистичны и толстокожи, что даже когда у них прямо над ухом трезвонит экзистенциальный будильник смерти, они все равно находят в себе силы натянуть на глаза маску для сна. Ведь тогда от происходящего вокруг даже не придется отворачиваться. В фильме есть момент, когда в ОВД двое полицейских ведут следующий диалог: «Зачем мы вообще этим занимаемся? — А *** знает? — Пойдем обедать». На этом месте огромный зал Луи Люмьера грохнул от смеха и зааплодировал — единственный раз за весь фильм. Это был один из самых страшных моментов — не буду говорить почему, — и этим комическим штрихом Звягинцев как бы похлопал по плечу находившихся в зале российских граждан, дав им короткую смеховую разрядку: посмеяться над беспомощностью, над несправедливостью, над всем тем, что мы не в состоянии изменить. Хорошо, что мы сохраняем способность смеяться над этим, но как же горько, что мы только смеемся.
Zvyagintsev, director of the acclaimed films "Leviathan" and "Loveless," was left in a coma and unable to walk for a year after an extreme reaction to Russia's Sputnik V vaccine in 2021.