Как молодежь сбегает из оккупированных территорий в Украину — и кто помогает им преодолеть этот путь

Сначала это были жители Харьковской области — в основном женщины, дети и пожилые люди, которых эвакуировали через Печенежскую дамбу. Летом 2022 года в условиях активных боевых действий, волонтерской команде за три месяца удалось эвакуировать 16 тысяч гражданских лиц. Затем Дина помогала жителям Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей, а также Крыма. В команде благотворительного фонда «Helping to leave» она отвечала именно за эвакуацию и гуманитарные коридоры.
Так волонтерка работала до августа 2024 года, когда из-за болезни на долгие шесть месяцев была вынуждена оставить это дело. А когда Дина смогла вернуться к активной деятельности, она вместе со своими единомышленниками основала благотворительный фонд «Плахта» и лично сосредоточилась на том, чтобы помогать украинской молодежи и подросткам выезжать с временно оккупированных территорий в свободную Украину. «Новости Донбасса» рассказывают о Дине и о том, как она помогает молодым украинцам сбежать из оккупации.

Вместо теории — практика
О себе Дина рассказывает немного. До начала полномасштабной войны она занималась научными исследованиями, работала в лаборатории нейронауки.
«Но с 2018 года у меня инвалидность, мне пришлось перенести сложные операции и пройти реабилитацию. Я прошла этот путь и в конце 2021 года думала, что делать дальше, потому что уже не могла вернуться к науке и хотела поступить в магистратуру на специальность «социальный работник». Так сложилось, что вскоре вместо теории пришлось заниматься практикой, потому что началось полномасштабное вторжение, и я пошла работать волонтеркой», — говорит она.Дина в Вашингтоне. Фото: из личного архива Дины
В Киев Дина приехала из Испании, где прожила много лет. 24 февраля, в день начала полномасштабного вторжения, она находилась в Барселоне и пришла в больницу, чтобы пройти очередные процедуры. В Украине у Дины были близкие люди, в частности подруга, чьи родные находились в Мариуполе, который быстро оказался в российской ловушке. Вместе с подругой Дина придумывала варианты, как вывезти её родных из обречённого на уничтожение города, и это, пожалуй, была её первая попытка спасательной операции.
«А потом были другие. В 2022 году мы с командой организовывали коридор через Печенежскую дамбу с оккупированной территории Харьковской области практически с нуля. В режиме онлайн собирали колонны, находили водителей, определяли точки сбора. Тесно сотрудничали с Министерством реинтеграции временно оккупированных территорий и с местными харьковскими фондами, которые встречали людей после выезда. Самой сложной проблемой тогда было отсутствие связи, потому что оккупанты глушили её в очень больших масштабах. Поэтому мы восстанавливали цепочки передачи информации на ВОТ. Было очень много дополнительной логистики, и к этому, конечно, никто не был готов, мы просто «на коленках» придумывали, как передавать данные и всё координировать», — вспоминает Дина.
Узнав об этом, я сравнила Дину и её команду с подпольщиками Второй мировой войны с их сложными схемами конспирации. Она спокойно ответила:
«Ни у кого никогда не бывает опыта в этом. Мы просто придумывали что-то, потому что есть проблема и есть человек, которому нужна помощь. В принципе, сейчас мы так же пытаемся помочь молодым людям, которые хотят уехать с временно оккупированной территории. Россияне не хотят их выпускать, проверяют в телефонах связь с Украиной, политические настроения, наличие общения с украинскими волонтерами. Это риск. И мы должны всё предусматривать, учитывать, находить варианты, чтобы оккупанты ни о чём не узнали».
Уехать из оккупированной территории становится всё сложнее
На вопрос о том, как со временем меняются настроение, обстоятельства и возможности у людей, которые потенциально готовы уехать из зоны оккупации, Дина отвечает, что с каждым годом ситуация ухудшается. Ведь оккупанты постоянно вводят новые ограничения и требования. Например, если в 2022 году взрослым разрешалось выезжать даже по копиям документов, а детей вывозить по рукописным доверенностям, то сейчас это абсолютно невозможно — необходимо иметь только оригиналы документов. Без российского паспорта практически невозможно пересечь блокпосты, а затем и российскую границу. Поэтому люди, которые принципиально не получали годами документ страны-агрессорки, теперь вынуждены это делать хотя бы для того, чтобы выехать из зоны оккупации.Дина и женщина с собакой, которым Дина помогла эвакуироваться. Фото: из личного архива Дины
И что особенно печально — заметно ухудшается психологическое состояние украинцев из-за длительного пребывания в «пузыре» пропаганды и отсутствия достоверной информации.
«Атмосфера такая, что все подозревают всех, никто никому не доверяет, потому что боятся доносов, — рассказывает Дина. — Люди теряют доверие к миру и к любой информации, которую получают. 
Например, иногда бывает очень трудно убедить их в том, что, когда они окажутся на подконтрольной территории, мы сможем помочь. Или если мы предлагаем кому-то из молодежи профинансировать переезд, некоторые говорят: «Из вашего рассказа всё выглядит так хорошо, что кажется, это какой-то скам» (интернет-мошенничество — прим. ред.)».
Кроме того, с каждым годом переезд из оккупированных территорий в Украину требует всё больше ресурсов — времени на подготовку, денег, информации, знаний о том, как вести себя в различных ситуациях. По словам Дины, когда в 2022 году действовали коридоры через линию фронта, то от принятия решения об отъезде до попадания на подконтрольную территорию иногда проходило несколько часов. А сейчас прямых коридоров через фронт нет, и приходится совершать путешествие через территорию России и третьих стран. Так, если ехать через Россию и Беларусь к единственному действующему гуманитарному коридору — белорусско-украинскому переходу Мокраны-Доманово, в лучшем случае на это уйдет 2-3 суток. Человеку приходится ехать на автобусах, поездах, самостоятельно искать ночлег — все это довольно сложно. Поэтому, чтобы решиться на такой тяжелый и рискованный путь, нужна немалая мотивация. 
«Ждут, когда достигнут совершеннолетия, чтобы уехать в Украину вопреки воле родителей»
Впрочем, подобная мотивация есть у сотен (а может, и тысяч) молодых людей и подростков, которые практически не жили в независимой Украине. Когда в 2014 году Крым и часть Донбасса оказались под оккупацией, им было не больше шести-десяти лет. В подавляющем большинстве случаев родители либо пророссийски настроены, либо предпочитают в целях безопасности избегать любых политических тем. Однако у детей, которые учились в школах по пропагандистским учебникам и нигде не слышали языка своей Родины, вдруг пробуждается украинское самосознание.Дина с юным крымчанином Богданом. Фото: из личного архива Дины
И это уже неоспоримый факт, что молодежь уезжает в Украину, как бы сложно это ни было. Например, публично рассказывали свои истории Полина из Крыма, которая, добравшись до подконтрольной территории, вступила в ряды ВСУ (Вооруженных сил Украины), и её земляк Богдан, которого в оккупации пытались мобилизовать в 18 лет, но он сбежал и два года скрывался на территории России. В 2025 году Богдан узнал о существовании коридора и о том, что может вернуться в Украину, несмотря на отсутствие украинского паспорта. Дина Урих рассказывает, как парень обратился к волонтерам и как удалось вернуть его в рамках инициативы Президента Украины Bring Kids Back UA.
«Из-за блокпостов, проверок и риска задержания в связи с мобилизацией выезд требовал тщательного планирования, ведь любая ошибка могла стоить свободы. Но всё хорошо, Богдан сейчас находится в Киеве, получает необходимую помощь», — подытоживает Дина.
Рассказывая о возвращении молодежи, волонтерка вновь затронула тему ограничений, введенных оккупационными властями:
«Ещё в 2023 году подросток, которому уже исполнилось 16 лет, мог спокойно выехать без родителей и без их согласия. А сейчас, если человеку ещё не исполнилось 18 лет, ему требуется заверенное у нотариуса разрешение родителей. Иначе оккупанты не выпустят. Поэтому подростки ждут своего совершеннолетия. Если посмотреть на даты пересечения границы, у подростка, например, 5-го день рождения, а 7-го он пересекает границу. Это означает, что всё уже было спланировано и подготовлено. Потому что человек заранее обратился к волонтёрам, его проконсультировали и вместе ждали, когда ему исполнится 18 лет». 
«Стремятся жить достойно и свободно»
Молодёжь уезжает со всех оккупированных территорий. Собственно, Дина занимается теми, кто находится в Донецкой и Луганской областях и в Крыму, а также на территориях Херсонской и Запорожской областей, оккупированных в 2022 году. Говорит, что бенефициары (так называют получателей услуг, в том числе волонтерских) обращаются в конкретные организации не только благодаря «сарафанному радио», но и благодаря контактам, указанным в официальных источниках, постах в соцсетях и опубликованных интервью тех, кто уже уехал, поэтому официальная коммуникация работает очень хорошо.Участники дискуссии о том, как поддерживать украинских детей на временно оккупированных территориях. Дина — в центре. Фото: ZMINA
Дина, кстати, иногда находит молодых людей в Telegram-чатах, где обсуждают выезд из зоны оккупации, ищут платных перевозчиков и советы по оформлению необходимых документов:
«Сначала я связываюсь с ними сама, затем наша команда продолжает общение, чтобы человек не остался один на один со своей проблемой. Многие из них не знают, что есть люди и организации, которые могут помочь и даже оплатить проезд. Оккупанты делают всё, чтобы такая информация не доходила до жителей ВОТ».
И всё же информация доходит, и молодёжь возвращается. Так, накануне Нового 2026 года на подконтрольную Украине территорию добрался 20-летний житель Симферополя Богдан. Парень мечтал и искал такую возможность ещё с шестнадцати лет:
«Однажды я обратился за советом к искусственному интеллекту, и он прислал мне ссылку на канал в Telegram, а там была ссылка на чат, где люди обсуждали, как выбраться из зоны оккупации в Украину, и делились опытом. Именно там я смог найти волонтеров, связался с Диной, которая мне очень помогла».
Благодаря её поддержке совсем недавно, в марте, в Киев приехала 24-летняя жительница Донецка Диана:
«В декабре 2025 года я увидела на YouTube видео, в котором девочка из Луганска рассказывала, как она выехала через гуманитарный коридор в Белгороде. Я начала искать в Telegram нужную группу, а там было написано: «Гуманитарный коридор закрыт». Но там же была ссылка на группу, где выезжают через пункт пропуска Мокраны-Доманово. Я написала туда свою историю, сначала наткнулась на коммерческих перевозчиков, а после моего следующего обращения мне ответили две волонтёрки, одна из них — Дина Урих. Они сказали, что есть возможность и что я по возрасту подпадаю под бесплатную эвакуацию. Мы составили план, и я с декабря начала подготовку к выезду». 
Почему молодежь, ради того чтобы попасть в свободную Украину, решается рисковать, идти на трудные шаги, возможно, навсегда покинуть родителей, родных и друзей? Богдан, который уехал из Крыма, ответил:
«Я хочу жить достойно и свободно, иметь перспективы на будущее, свободно ходить по улице и знать, что могу говорить всё, что захочу, и делать то же самое».
Каждый из тех парней и девушек, кто выбрал Украину, считает себя украинцем. Многие самостоятельно, например, с помощью YouTube, изучают украинский язык. Стремясь оказаться на подконтрольной территории, они понимают, что здесь опасно, что придется жить под угрозой жестоких обстрелов, а начинать все — практически с нуля. Однако молодежь пугает не это, а отсутствие украинских документов, сложный и долгий путь, чтобы их получить. Дина характеризует этот путь как два круга ада.Эвакуация украинцев через печенежскую дамбу, 30 мая 2022 года. Фото: страница Дины Ульрих в Facebook
«Во-первых — получение разрешения на возвращение для пересечения государственной границы, которое выдают зарубежные дипломатические представительства Украины», — говорит волонтёр и объясняет, что люди, которые едут рекомендованным маршрутом через Беларусь, обращаются в консульство Украины в Минске и получают документ за считанные дни или недели. А если выезжают через третьи страны — Армению, Грузию, Казахстан, Молдову, Турцию, — то обращаются в консульства в этих странах, и, к сожалению, всё длится гораздо дольше. Из-за многочисленных официальных проверок можно застрять там на месяцы и даже годы.
Что касается второго этапа, то он начинается уже на территории Украины — процедура получения паспорта гражданина впервые после достижения совершеннолетия. 
«Это тяжелое испытание для молодого человека или дувушки, у которых из украинских документов есть только свидетельство о рождении, где по традиции отсутствует фотография. — С грустью говорит Дина. — Поэтому начинается квест по установлению личности, в рамках которого человек должен найти свидетелей, которые подтвердят, что они — это они. Согласно законодательству, круг свидетелей ограничен преимущественно лицами, с которыми заявитель имеет близкие родственные связи. А это почти всегда те люди, вопреки воле которых парень или девушка уехали из оккупированной территории!»
Один шаг из семнадцати
3 февраля 2026 года Коалиция организаций, занимающихся оказанием помощи пострадавшим в результате вооруженной агрессии против Украины, представила Президенту, Кабинету Министров и Верховной Раде Украины свои рекомендации — «Дорожную карту» законопроектов и 17 приоритетных шагов государства на 2026 год в сфере защиты прав человека в условиях войны. Дина подчеркивает, что 17-я мера касается именно тех проблем, решение которых в настоящее время обсуждается в упомянутых выше двух кругах: «Ввести механизм оформления удостоверений на возвращение граждан Украины, выезжающих из временно оккупированных территорий Украины, и паспортов граждан Украины».
В этом шаге речь идет, в частности, о том, что молодым людям, которые не получили украинский паспорт по достижении 14 (16) лет в условиях оккупации, очень сложно получить удостоверение личности для возвращения при обращении в зарубежные дипломатические учреждения Украины, а также паспорт гражданина Украины. Политика принудительной российской регистрации украинцев, проживающих на ТОТ, отсутствие упрощенных процедур получения украинских документов, отсутствие в реестрах Украины «цифрового следа» многих граждан, проживающих в условиях оккупации, — все это затрудняет их доступ к документам.
Новая газета. Европа — Читайте также
Как отмечается в 17-м шаге, отсутствие идентификационных документов создает риск безгражданства: «Ситуация требует внесения изменений в законодательство Украины, чтобы упростить подходы к проведению идентификации, ввести административные процедуры получения документов для жителей ТОТ Украины, которые выезжают на подконтрольную правительству Украины территорию».
К сожалению, инициатива Коалиции — это пока не закон, а обнародование существующей проблемы с предложением, как её решить. А пока всё происходит, как и раньше. Молодёжь, решившаяся на рискованный шаг — выезд на подконтрольную Украине территорию, — проходит свой тяжёлый путь, на котором её поддерживают волонтёры и благотворительные организации.   
Несмотря ни на что, они остаются украинцами
Постепенно происходят и положительные изменения. 25 декабря 2025 года правительство Украины приняло постановление № 1709, которое предусматривает процедуру установления личности за рубежом, что позволит легче получать удостоверение о возвращении. Введенная в июне 2025 года Министерством социальной политики для детей, вернувшихся после депортации, единовременная помощь в размере 50 000 грн с 1 октября была расширена также на молодежь в возрасте 18–23 лет. Поддержка и помощь молодежи до 23 лет оказывается и в рамках инициативы Президента Украины Bring Kids Back UA.
«Бывало ли такое, чтобы люди из-за этих лишений пожалели о своём решении уехать из ТОТ, чтобы они вернулись или пропали без вести?» — спросила я Дину. Она ответила: «Среди моих таких не было. Когда молодые люди собираются в Украину, как правило, они знают обо всём, что их ждёт. Другое дело, что из-за таких проблем не уезжает из оккупированных территорий часть тех, кто этого хочет. И мы теряем этих людей». 
Четкое осознание постоянного ужесточения ограничений со стороны оккупационных властей не останавливает волонтеров. Они морально готовятся к следующей волне молодых людей с территорий, оккупированных начиная с 2022 года:
«И они уедут — те, кому к началу полномасштабного вторжения еще не было четырнадцати лет», — с уверенностью утверждает Дина. — Мы должны всячески помогать им, потому что, несмотря ни на что, они остаются украинцами и стремятся быть в своей стране. Знаете, многие из тех, кто уехал, приходят к нам, чтобы тоже стать волонтёрами и помогать другим в первые тяжёлые дни после возвращения. И это очень здорово! Истории многих приводят в такой восторг, что ты продолжаешь делать своё дело и не можешь остановиться. Вот это, кстати, и есть ответ на вопрос, почему я этим занимаюсь и почему забочусь именно о молодежи».
Автор: Светлана Кузминская ...