Пункт выдачи и обороны

После того как ВСУ нанесли серьезный ущерб хребту традиционной российской экономики — нефтянке, следующей целью стала одна из главных современных отраслей: онлайн-торговля. Этот сектор за считанные годы вырос в разы и по вкладу в ВВП уже сравнялся с агробизнесом, нефтепереработкой и металлургией. «Новая-Европа» вспоминает историю взлета маркетплейсов и рассказывает, станет ли гражданская логистика новой стратегической целью украинских военных.

«Мягкая цель, горит хорошо» 
Российские ритейлеры — владельцы огромных складских и распредительных комплексов, большая часть которых построена в последние годы. И здесь лидируют маркетплейсы: у Wildberries — более 5,2 млн квадратных метров площадей хранения, у Ozon — более 5 млн. Традиционные торговые сети уступают им в разы: у X5 и «Магнита» по 2 млн квадратных метров складов, а у «Меркурий ритейл холдинг», который занимает пятую строчку в топе ритейлеров, — уже втрое меньше.

Маркетплейсы стремятся покрыть всю страну сетью не только пунктов выдачи заказов (ПВЗ), но и складов, потому что от быстрой сортировки грузов на распределительных терминалах и связности этой инфраструктуры между собой зависит скорость доставки и оборачиваемости товаров. Одна только Wildberries в 2025 году открыла или строила 17 складских комплексов — кроме двух столичных регионов, это такие крупнейшие города, как Волгоград, Самара, Воронеж, Новосибирск, Саратов. А в планах было соорудить склады еще в девяти городах и в Подмосковье. 
Такое количество объектов одновременно и защищает, и создает уязвимости. Чем больше складов — тем проще быстро перебрасывать товары при форс-мажоре, объяснил «Новой-Европа» один из селлеров на маркетплейсах. Особенно здесь выделяется Ozon, у которого больше мелких локальных складов, добавил он. Но и у объединенной компании Wildberries & Russ пока что от бомбардировок пострадали около 14% площадей хранения, по самой максимальной оценке (подсчет Data Insight и «Новой-Европа» с учетом ударов 22 июля по складам в Краснодарском и Ставропольском краях, суммарная площадь которых около 250 тысяч кв. метров). 
Крупные современные объекты торговой логистики 18–20 июля 2026 года впервые были выбраны мишенью ВСУ, следует из интерактивной карты обстрелов России, которую составила «Новая-Европа».

При этом суммарно в России более 60 миллионов квадратных метров качественной складской недвижимости, одна шестая часть которых приходится на два крупнейших маркетплейса, сказал «Новой-Европа» отраслевой аналитик. «Чтобы выбить эти площади, потребуется достаточно большое количество усилий и приличное количество времени. Поэтому я не думаю, что подобные события могут привести к какому-то логистическому коллапсу или в целом негативно сказаться на розничном товарообороте», — сказал он. 
Другое дело — если систематические удары продолжатся: тогда, признает собеседник, работа Wildberries будет серьезно осложнена.
Риски возникают от того, что ВСУ хорошо научились прорывать ПВО и поражать крупные цели, — это как раз склады, площадь которых варьируется от 100 тысяч до 270 тысяч кв. м. 
И когда селлеры решат, что грузить на терминалы Wildberries очень опасно, — компания подвержена бо́льшему риску и отказывается брать на себя ответственность перед владельцами товара — то они могут отказываться работать с маркетплейсом, сказал отраслевой аналитик.

А это уже чревато серьезными финансовыми проблемами для компании, которая, занимая на строительство тех самых складов, накопила огромный долг: он оценивается в 1,3 трлн рублей. Если ВСУ будут и дальше разрушать торговую логистику, ритейлерам и маркетплейсам придется обратиться к государству за финансовой помощью, считает собеседник.Дым над логистическим комплексом Wildberries, Электросталь, 18 июля 2026 года. Фото: Anadolu / Abaca Press / ddp images / Vida Press
Поджечь склад, битком набитый легковоспламеняющимся товаром, — куда проще, чем попасть в отдельно стоящую колонну установки переработки нефти на НПЗ. Поэтому, как сказал «Новой-Европа» военный аналитик Кирилл Михайлов, военная возможность для того, чтобы нарушить работу торговой логистики, вероятно, существует. Например, 18 июля сообщалось об атаке на Московский регион около 400 украинских БПЛА — то есть в массовых налетах на цели нет ничего невозможного, считает эксперт.

«Ущерба можно нанести много, особенно если производство БПЛА [в Украине] будет и дальше расти — если будут возможности одновременно продолжать кампанию по нефтегазу и по логистике, то со временем большая часть терминалов в зоне досягаемости будет поражена», — сказал «Новой-Европа» аналитик Conflict intelligence team (CIT). 
В зону поражения могут попадать склады в радиусе до 1500 км от Украины, то есть простреливаются промышленно развитые регионы Поволжья, Башкортостан, Татарстан и Пермский край. Всё остальное находится в относительной безопасности, добавил он. Главная цель, продолжил аналитик, — ущерб экономике. По его словам, склады — это легкая или, на военном жаргоне, «мягкая цель». «Да еще и горит хорошо. И практически наверняка не защищена объектовым ПВО, поскольку в РФ никто не предполагал такого развития событий. В итоге большой урон бизнесу плюс опять же картинка с огромным столбом дыма, который невозможно не заметить», — рассуждает эксперт.
Ущерб с военной точки зрения будет проявляться в том, что удары по складам могут дополнительно растянуть российское ПВО. «Но решит ли Путин защищать эти объекты, большой вопрос», — считает аналитик CIT. А вот нарушение снабжения армии из-за поражения складов он считает минимальным («Новая-Европа» подробно писала о том, какие товары для войны можно купить на маркетплейсах, — в том числе комплектующие для сборки дронов и оптоволокно). «Многие склонны переоценивать ту часть снабжения, которая идет не через Минобороны РФ, а через волонтеров или просто за свой счет», — заметил собеседник.
Пока рано уверенно говорить о том, что ВСУ сделали гражданскую логистику своей новой стратегической целью, считает аналитик CIT. Уже бывали случаи, когда одна из сторон начинала какую-то кампанию, но потом быстро от нее отказывалась по каким-то причинам: например, Россия била по ТЦК (территориальные центры комплектования — аналоги военкоматов в РФ) в разных регионах Украины, но потом прекращала это делать. 
Закройтесь и откройтесь
Еще семь лет тому назад никто и не думал рассматривать маркетплейсы как системообразующую отрасль экономики. В 2019 году россияне купили в интернете товаров всего на 2 трлн рублей — а в привычных магазинах с прилавками и продавцами почти в 16 раз больше. 
К 2025 году онлайн-ритейл вырос, по разным оценкам, в 6–7 раз, его объем оценивается в диапазоне от 11,5 до 13,4 трлн рублей: теперь это шестая часть от всей розничной торговли в стране. 
Вклад в национальную экономику утроился и достиг 5–6% ВВП после 1,9% в последнем году перед пандемией — и теперь e-commerce сравнялся с традиционными системообразующими отраслями. На маркетплейсах покупают больше, чем производит всё российское сельское хозяйство (10,6 трлн рублей), а металлургия (12 трлн рублей) и производство нефтепродуктов (13,6 трлн рублей) прибавляют к ВВП столько же или ненамного больше. 
Datawrapper
Переломной точкой стала пандемия: до 10% традиционных торговых точек закрылись, и вот тогда онлайн стал спасательным кругом как для розницы, по которой ударили «нерабочие дни», так и для покупателей, которым много недель подряд запрещали выходить на улицу. Владелица Wildberries Татьяна Ким (тогда еще, до развода и раздела компании с супругом — Бакальчук) поклялась, что онлайн доставит всё на дом, и призвала покупателей не покидать квартир. А офлайну она предложила закрыться и превратиться в пункты выдачи заказов
В итоге ее платформа и конкурирующий Ozon выросли в 2–2,5 раза именно во время карантина второго и третьего кварталов 2020 года. Впрочем, дело было не только в пандемии, но и в том, как платформы смогли воспользоваться внезапно открывшимися возможностями. 
Онлайн-шопинг из забавы среднего класса крупных городов превратился в повсеместное потребительское поведение всех слоев общества, потому что смог предложить выбор любого товара в один клик с быстрой доставкой в соседний дом или прямо в квартиру, скидки и удобные для покупателя банковские услуги. 
Россия покрылась сетью ПВЗ, пятикратное увеличение их количества с 2020 года до 226 тысяч точек на 1 января 2026 года вызвано быстрым ростом еще одного нового бизнеса: маркетплейсы уже не открывали ПВЗ самостоятельно, а работали на условиях франчайзинга с операторами-партнерами. Из-за этого ПВЗ стали появляться буквально на каждой улице и во всех, даже самых мелких, населенных пунктах . Кратное расширение аудитории открыло для мелких локальных предпринимателей доступ к федеральному рынку.

— Раньше покупатель хотел прийти в офлайн-магазин, чтобы «пощупать» товар и убедиться в его качестве, а онлайн воспринимался как зона риска. После 2020 года восприятие сместилось: теперь цифровой след (тысячи отзывов, видеораспаковки, рейтинг продавца, еще рилсы и аккаунты блогеров с отзывами) дает потребителю больше гарантий качества, чем консультант в физическом магазине, — сказала «Новой-Европа» менеджер, работавшая в нескольких платформах. 
Передел со стрельбой и без
Благодаря всем этим факторам онлайн-торговля с времен пандемии примерно удваивалась каждые два года. 
Еще более впечатляющим оказался рост крупнейших маркетплейсов на фоне лидеров традиционной розницы. Первое место по продажам до сих пор занимает X5, которая с 2019 года выросла в 2,7 раза до выручки в 4,64 трлн рублей. А серебряный призер отрасли Wildberries с тех пор вырос в 20 раз и почти сравнялся с лидером (продажи в 2025 году 4,57 трлн рублей). Куда более внушительный рост у Ozon: продажи с 2019 по 2025 год выросли в 43 раза до 3,5 трлн рублей, почти догнав третьего по размеру офлайн-ритейлера «Магнит».Пункт выдачи заказов Wildberries в Москве, 16 апреля 2025 года. Фото: Ольга Володина / ddp / Vida Press
Неудивительно, что прежде чем стать мишенью для дронов, платформы оказались заманчивой целью для поглощения со стороны близких к власти магнатов.
2,5 года назад компанией Ozon заинтересовался давний знакомый Путина Юрий Ковальчук: по данным The Bell, именно он стоит за бизнесменом Александром Чачавой, структуры которого собрали крупнейший пакет второго по размеру маркетплейса — 35%. 
Сделка стала частью большой экспансии друзей Путина в интернет: например, на рынке предполагают, что Ковальчук имеет интерес и в «Яндексе», где фирмам Чачавы принадлежит 19,69%.
Ozon поделили мирно: вторым крупнейшим владельцем с долей 31,8% остается миллиардер и собственник АФК «Система» Владимир Евтушенков. Но ситуация может измениться: часть его акций в залоге у банка ВТБ под кредит в 320 млрд рублей. А еще этой долей интересуется «Сбер», который вчистую проиграл конкурентам онлайн-торговлю (где по итогам 2023 года был на третьем месте) просто потому, что у него не нашлось достаточно денег, чтобы в нее инвестировать, — и теперь смотрит на покупку других маркетплейсов. 
А вот за Wildberries в 2024 году развернулась настоящая война между главой Чечни Рамзаном Кадыровым и сенатором от Дагестана Сулейманом Керимовым. Началось всё с того, что Татьяна Ким (тогда еще Бакальчук), к удивлению рынка, объявила о слиянии ее компании с очень скромным (на фоне крупнейшего маркетплейса) рекламным оператором Russ Outdoor. Он принадлежит братьям Роберту и Левану Мирзоянам, за которыми как раз и стоит Керимов. 
Война сопровождалась перестрелкой в офисе компании в сотнях метров от Кремля и разводом Татьяны Ким с супругом Владиславом Бакальчуком с последующим выдавливанием его из бизнеса. Кадыров, к которому за помощью обратился Владислав Бакальчук, объявил кровную месть Керимову и его людям — но спустя чуть больше года кровники сфотографировались в момент рукопожатия в кабинете главы администрации президента РФ Антона Вайно, друга Керимова.
По данным расследования «Новой-Европа» тогда чеченский диктатор сменил гнев на милость, получив около 2 млрд долларов от Wildberries. Примерно на такую же сумму сейчас сгорело товаров у продавцов (оценка их потерь — 150–170 млрд рублей) — и которую маркетплейс не спешит им возмещать, в отличии от отступных Кадырову. ...